Весь Майк Хаммер [компиляция]

— Может быть, ты что-нибудь узнал? — спросил я. — Может, ты знаешь, что этот человек убьет тебя, как только ему станет известно, что он во что-то замешан по твоей милости?

Джонс наконец-то снова обрел голос:

— О'кей. Я видел этих шлюх. И знаю таких парней, как он. Он сам сказал мне. Он…

Голос его дрожал. Я повернулся.

— Ну что, Роберта?

— Да, — сказала она.

Я неплохо над ним потрудился, а жалобные стоны, которые ему удавалось издать, заглушали звуки приемника. Синяки и кровоподтеки будут ему еще очень долго напоминать об этой ночи. Я тихонько разговаривал с ним во время этой операции и позаботился о том, чтобы Роберта все время была в поле его зрения, пока он был в состоянии еще что-то понять. Я напомнил ему о том, что он с ней сделал, а потом и о том, что он сделал с другими девушками.

Я был совершенно уверен — он понял, что это лишь начало неприятностей, потому что теперь многие узнают, где он прячется и чем занимается. Куда бы он теперь ни двинулся, его везде будут поджидать с нетерпением. Лоренцо Джонс понимал, что я нисколько не преувеличиваю, не лгу ему ни капли.

В завершение всего я вынул его бумажник, вытащил оттуда три гранда и протянул их Роберте. Она могла теперь разделить их с другими девушками, и тогда у них появится возможность выкарабкаться из этого зла, если, конечно, им хватит мужества. По крайней мере, в Роберте я не сомневался.

Я сунул в карман пистолет, положил свой 45-й на место и спустился вниз вместе с Робертой. Я швырнул ключ от комнаты на стойку портье, и он повесил его на место, даже не взглянув на меня.

Дождь превратился в настоящий ливень, и я поймал Роберте такси. Она выглянула из окошка, взяла меня за руку и сказала:

— Спасибо тебе.

Я подмигнул ей.

— Я даже не знаю, как тебя зовут.

— Это неважно, — ответил я.

— Действительно, неважно. И все равно я тебя не забуду. Ты настоящий парень.