Банда потерпевших

Я подошёл к Мешалкиной, когда она, выйдя из суда, направлялась к своему скромному джипу «ауди».

– А вы кто, собственно будете? – спросила она, когда я сказал, что хотел бы поговорить о Клаве Павловой. – Отец? – она подняла выщипанные брови. – Насколько я знаю, у неё нет отца.

Пришлось сказать, что у каждого есть и мать, и отец.

– Ну, да, – согласилась Мешалкина. – И где же вы были до сих пор? Где скрывается ваша дочь? Чего от меня хотите?

– Хочу, чтобы вы что-нибудь сделали для Клавы. Вы же отлично знаете, что она ни в чём не виновата.

Мешалкина состроила гримасу:

– Да? С чего вы взяли, что я так считаю? Нет, уважаемый, не знаю, как вас там, ваша дочь – пособница бандитов. А если это не так, чего ж она скрывается?

– Она не верит в справедливое следствие и справедливый суд…

Мешалкина скривилась:

– Бросьте! Странно даже, что вы пытаетесь что-то выторговать. Вашей дочери всё равно грозит срок. – Она посмотрела на меня с прищуром. – Что-то мне ваше лицо знакомо. Погодите…

Короче, она узнала меня. Мы учились в одной школе. Дальше разговор пошёл как бы по-свойски. Она сказала, что дело Клавы едва ли попадёт к ней, но всё равно будет слушаться в Свидлове, а значит, она обязательно что-нибудь для неё сделает. В худшем случае, Клаве дадут года три.

Я сказал, что это совершенно неприемлемо. Клава ни в чем не виновата.

Мешалкина посмотрела на меня строго:

– Ярослав, – сказала она. – Ты чего-то не понимаешь или делаешь вид, что не понимаешь. Клава виновата. С ее помощью пропал том уголовного дела. Мне пришлось выпустить очень опасного преступника, с которым, кстати, она была в интимной связи. Давно, правда, но у таких отношений нет срока давности. То, что ты сейчас проявляешь заботу, это, конечно, замечательно. Но должна тебе сказать, было бы лучше, если бы ты появился раньше.

Она знала, куда бить. Я тоже, конечно, знал её слабое место – связь с Мартыном. Но я не мог об этом сказать.

– Я не должна была брать Клаву на работу, – продолжала Мешалкина. – Знаешь, какая за ней слава ходила? Другие секретари судебных заседаний хотя бы заочно на юрфаке учатся. А Клава с десятью классами. Только ради Натальи взяла её. И что в ответ, вместо благодарности? Знаешь, сколько у меня было из-за неё неприятностей?

Я особенно не рассчитывал, что Мешалкина поможет снять с Клавы обвинение. Просто сделал попытку: а вдруг? И что же понял? Понял, что человеческая способность иметь второе лицо и вести двойную жизнь претерпела в последние годы существенную эволюцию. Я, со всеми своими пороками, просто ребёнок по сравнению с этой особой. Я не очень-то прячу своего настоящего лица. Кто хочет понять, всегда поймёт, что я за гусь. А эту скользкую тварь не ухватишь.