Дар Авирвэля
- Автор: Акубекова Алина Андреевна Аля Воронова
- Серия: Жизнь и Подвиги #1
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Дар Авирвэля». Краткое содержание книги:
— Я не имею понятия о задании, которое можно дать вам. Боюсь, мои родители тоже не готовы к этому. Что бы вы хотели сделать, чтобы доказать состоятельность своего желания?
— Просто остаться здесь после окончания праздника. Этого недостаточно?
— Боюсь, нет. Мы не можем быть уверены, что с вами всё будет хорошо. Возможно, кто-нибудь может поручиться за вас? Я слышала, что есть отдельные личности, которым удавалось прожить полноценную жизнь в ином мире, но это происходит так редко… Боюсь, вам придётся предоставить свою родословную, чтобы мы были уверены, что с вами не случится ничего дурного.
— Далий Мар уверен, что со мной всё будет хорошо. Я не могу понять, с чего он так решил, а сам он ничего не говорит. Только: «Мог бы и сам догадаться». К сожалению, я не настолько умён…
— Не говорите так, Артур. Я уверена, что это не более чем ваше воображение пытается играть с вами. Не будь вы таким умным, дожили бы до этого момента? А ваша речь… Я редко встречаю людей, способных изъясняться красивыми, но вместе с тем искренними словами. Обычно они или говорят на каком-то современном языке, или кривят сердцем. Мы не терпим ни того, ни другого. Так что лично я очень рада, что вы такой настоящий и честный юноша.
Принцесса Викки улыбнулась. И Артур мог бы пожертвовать всем, лишь бы видеть эту улыбку чаще. Он ответил тем же.
— Благодарю, принцесса.
— Викки. Мы знакомы достаточно, чтобы не приходилось называть меня по статусу.
— Мне неловко…
— Я понимаю. Но и вы постарайтесь понять меня.
— Хорошо… Викки.
Киама наблюдала за воркованием без особой радости. В груди засел неприятный червячок, грызущий чувства и слепящий разум. Но быть сильнее него — долг каждого живого существа, так что кареглазая девушка предпочла просто отвернуться к Айве и наблюдать за тем, как он получает удовольствие от ёрзания на мягком диване. Все устали. Все хотели вкусно поесть. И поскорее удрать отсюда. Конечно, кроме Артура. Он бы мог провести здесь хоть всю жизнь, позволь ему кто-нибудь остаться с принцессой.
— Ваше… Кхм, Викки. Ответьте, если это не секрет. Можно ли сходить с вами на прогулку?
— Я бы с радостью, Артур. Но мой брат, когда вернётся из ежегодного путешествия, вряд ли обрадуется такому жениху, — прекрасный смех выбил из Артура всю прежнюю осторожность.
— Ваш брат?..
— Да. Вы разве не видели семейный портрет? Коридор, по которому мы шли, обрывается именно им. Пойдёмте, я вам покажу!
Артур не успел сказать что-либо. Мягкая тёплая ручка крепко схватила его, подняв с дивана одним незаметным взмахом, и повела за собой, абсолютно игнорируя замешательство и слабые попытки остановиться. Стало ясно, что принцесса может не только красиво говорить, но и, вероятно, мастерски драться. «Снова сильная женщина! — невольно подумал юноша. — Неужели здесь нет хоть одной девушки, которая будет хороша в быту и плоха в войне?!» Но закончить мысль ему помешало резкое торможение. Викки привела его к концу коридора. На высокой дощатой стене висела большая картина с четырьмя эльринами, изображёнными в полный рост: гордой и пугающей королевой, одетой в пышный наряд; её неприятным мужем с короткими светлыми волосами, поверх которых лежала большая серебряная корона; самой Викки, но чересчур холодной и отстранённой… и её братом. Рост его превосходил рост обоих родителей и сестры, а красивый костюм подчёркивал воинственный, но незлой нрав. Бирюзово-голубые глаза и длинные прямые белоснежные волосы, почти как у Викки, но не собранные в какую-либо причёску, делали его похожим на каноничного эльфа. От картины бросало в дрожь. Не в пугающую, а восхищённую, как от лицезрения большого мудрого дракона. Этот молодой эльрин, старший брат Викки, понравился Артуру с первого взгляда. Хотя глаза, такие же холодные и отстранённые, как у сестры, несколько смущали и навевали ощущение вины.
— Эта картина сменяется с каждым новым правлением династии. Когда-нибудь на месте матери будет стоять Лин, — как понял Артур, так и звали этого статного принца и воина.
— А я думал, у вас правят женщины…
Викки звонко засмеялась. По её лицу юноша понял, что сказал какую-то ерунду.
— Что вы, мы не такие легкомысленные! Верховным королём считается истинный потомок Бельтайнов. Как наша мать и я с братом. А когда начнёт править брат — верховным королём станет он. Если с ним, не к беде, что-то случится — верховной королевой стану я. А наши супруги будут править формально. Конечно, они могут принимать участие в делах, как наш отец, но такое бывает редко. В конце концов, прямых потомков готовят к правлению с самых малых лет — и не важно, первенец это или пятый принц. Поэтому я сведуща в политике, экономике и иных областях, как и мой брат. Но он, вдобавок к знаниям теоретического толка, предпочитает объезжать Альмандин и смотреть, как живут разные члены нашего большого общества. В конечном счёте, наша страна раздроблена на множества маленьких общин и больших областей, и все они живут по своим правилам, соблюдая лишь самые общие законы.
— А почему так сложилось?
— Обстоятельства, случайности, войны и убеждения. Мы, альманрины, привыкли получать от жизни именно то, к чему стремимся. Кто-то хочет жить среди природы, далеко от благ цивилизации, и справлять нужду среди кустов — извиняюсь за такой пример. Кому-то не нравится столичная или, наоборот, провинциальная область, и с появлением необходимых денег народ отправляется в желанное место. Кто-то — но это редкость, — хочет повидать новые места и уплывает аж в Южный Хадаан, в небольшой анклав нашей страны. Здесь, как и во всём, играет большое количество факторов. Брат понимает это, поэтому пополняет свои знания такими выездами. А путешествовать во время Авирвэля безопаснее и проще всего, так как никто никогда не устраивает нападения прямо в огне великого праздника. Это безрассудно.
— Вы так много знаете… Надеюсь, когда-нибудь я тоже обрету так много знаний!
— Если вы всё же сможете остаться — точно станете членом нашего общества. Знаете, — Викки вспомнила реакцию руберчан, отчего на её лице появились морщинки, — все эти эльрины не желают вам зла. Они просто расстроились, что Далия Мара не покарали, а простили. В каком-то смысле, с вашей руки. Но они не испытывают к людям ни ненависти, ни любви. Вас тут много, на самом деле, и временами вы вмешиваетесь в уклад нашей жизни. Но и другие гости делают это. Так что не переживайте насчёт чужого мнения и верьте, что когда-нибудь все наши знания станут общими с вашими!
Сказать по чести, Артур не переживал. Но, дабы не позволить принцессе чувствовать себя неловко, согласился (ведь правда был согласен) и поблагодарил за беспокойство (ведь правда был благодарен). Они снова обменялись улыбками и бросили ещё один взгляд на картину.
— Надеюсь, я понравлюсь вашему брату…
— Ему редко кто нравится. Особенно, когда этот «кто-то» заигрывает со мной без веских на то причин.
Викки усмехнулась, но совсем не злобно и даже не ехидно, и повела гостя обратно в светлое просторное помещение с множеством мягких диванов. Вернувшись, они снова рухнули в них и продолжили беседовать, перескакивая с темы на тему и делясь впечатлениями от этой жизни. Пару раз диалог поворачивал к претящему руслу возвращения в Йеру, но Викки, видя отношение Артура к этой теме, переводила беседу куда-нибудь ещё. Таким образом, юноша узнал некоторые правила этикета, немного истории и познакомился с характером принцессы так близко, как не знакомился ещё никогда. И чем лучше он узнавал её, тем больше она походила на картинное отражение: ледяное и суровое, почти лишённое внутренней искры. Но даже с этим странным фактом Артур был искренне рад поболтать с новой подругой и услышать «да», когда беседа вернулась к приглашению на прогулку. Конечно, после согласия следовало: «Но только если вы вернётесь сюда на постоянной основе», однако юноша чувствовал удовлетворение даже с этим неприятным приложением. Киама тихо хмыкнула, не особо довольная таким раскладом, но прекрасно понимала, что нельзя контролировать чужие чувства — особенно, чувства иного существа, пришедшего из незнакомого мира. Её сердце требовало покоя, а покой уходил из глаз при каждом звуке знакомых голосов.