Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая (СИ)_

— Так, я сейчас смотаюсь за доской для тебя, а ты жди меня здесь, — дала инструкции моя новая подруга. — Да, и намажь лицо, как следует, кремом от загара. Из-за ветра ты не чувствуешь солнца, а к вечеру будешь полыхать от ожогов.

Она вышла из шатра, а я, думая, что нужно не забыть потом ей вернуть деньги, присела на корточки к своей спортивной сумке.

— Ты не должен был позволять ей этого делать! — внезапно услышала я жесткий мужской голос, с акцентом говоривший по-английски.

— Она уже взрослая. У неё своя голова на плечах должны быть, — ответил второй, судя по произношению, англичанин, и я резко встала, чтобы не получилось, что я подслушиваю чужой разговор.

На входе у шатра стояли два высоких парня, один из которых стоял без гидрокостюма ко мне спиной, демонстрируя широкие плечи и красивый загар.

— Да мне плевать. Ты ее брат и несешь за неё ответственность. Ты видел, что она вытворяет! — ткнул он пальцем в парня, смотревшего на меня, а уже через секунду в проеме появилась массивная фигура Макартура.

— Со мной все в порядке, я уже выхожу, — громко сказала я Рэндаллу, растирая крем по лицу, а обладатель акцента резко обернулся и посмотрел на меня.

— Простите, я пройду, — уверенно шагнула я к выходу, пока пара карих, почти черных глаз внимательно меня рассматривала.

“Она твоя сестра и ты несешь за нее ответственность”, — почему-то засели у меня в голове эти слова, пока я шла к воде. Это были правильные слова, слова человека, знавшего, что такое ответственность.

— ¿Cómo te llamas? — услышала я и, повернув голову, вновь наткнулась на пару черных внимательных глаз.

— Лили. Прости, я плохо говорю по-испански, — сразу предупредила я.

— Откуда ты взялась, Лили, которая плохо говорит по-испански? — растянул он губы, демонстрируя мне голливудскую улыбку, но его взгляд был острым, сканирующим, будто он хотел сделать выводы, стоит ли меня принимать в их тусовку.

— С Паломой приехала, — кивнула я. — Тебя как зовут?

— Алехандро, — ответил он, и на моем лице промелькнула удивление, которое не скрылось от острого взгляда парня.

— Дай угадаю, — усмехнулся он. — Палома тебе наговорила какой-то фигни.

— Нет, она плохо от тебе не отзывалась, — покачала я головой, ругая себя, что вовремя не надела маску. — Просто после разговора с подругой я сделала о тебе неверные выводы.

— Какие? — с любопытством спросил он.

— Клише золотой молодежи.

— Понимаю, — усмехнулся он. — А что заставило тебя изменить эти выводы?

— Сначала одна девушка сказала, что ты запретил ей становится на доску из-за травмы ноги. Потом твои слова парню об ответственности перед сестрой. Палома сказала, что ты любишь командовать. Но теперь я вижу, что это не из-за твоего высокого социального положения. У тебя нет цели самоутвердиться за их счет. Просто ты, как лидер этой компании, чувствуешь ответственность за каждого из них. Как будущий политик, ты правильно себя ведешь.

На секунду повисла тишина, в течение которой Алехандро продолжал внимательно смотреть на меня, после чего опять заговорил.

— Ну, ты тоже из золотой молодежи, — и он кивнул на моего телохранителя. — Хотя совсем на нее не похожа.

— Потому что я не из нее, — пожала я плечами, и услышала голос Паломы.

— Вот ты где! — Я резко повернулась и увидела подругу в сопровождени Педро, несущего под мышкой две большие доски. — Посмотри, какие я нам шикарные борды отхватила!

— Почему ты не хочешь попробовать кайт? — спросил Алехандро.

— Она не может. Травма руки.

— Тогда доска то, что нужно, — тут же перешел на серьезный тон Алехандро. — Плавать умеешь?

— Да, спасибо, — улыбнулась я, а Палома уже тащила меня за руку.

— Я сейчас с ребятами переговорю, пару кругов с ними сделаю и вернусь к вам. Научу тебя правильно держаться на доске, — тоном, не терпящим возражений, произнес он и, развернувшись, пошел вдоль берега, огибая разложенные на песке кайты.

— Позер, — фыркнула она.

— Почему? — не поняла я.

— Практически все ребята в гидриках, один он ходит с голым торсом. Типа ему не холодно.

— Может быть, ему и правда не холодно, — улыбнулась я, вспоминая Ричарда.

— Как по мне, так он просто свою татуху всем демонстрирует.

— Не обратила внимания, — пожала я плечами и сменила тему: — Я очень хочу посмотреть, как ты катаешься на кайте.

— Щас тебя немного подучу и покажу, — радостно кивнула она и потащила меня в воду.

Надо отдать должное гидрокостюму — он спасал от холодной воды, и мне в какой-то момент даже стало жарко. Если бы не холодные соленые брызги, которые напоминали о прохладе майской воды, я бы с удовольствием скинула весь этот неопрен.

— Классно катается… — кивнула Палома в сторону горизонта.

— Кто? — не поняла я и проследила за её взглядом.

Далеко от берега Алехандро взмывал вверх и, прокручиваясь в воздухе несколько раз, грациозно опускался на воду, уводимый все дальше и дальше своим кайтом.

— Очень красиво, — кивнула я и перевела взгляд на свою новую знакомую. — Он тебе нравится, да?

Она некоторое время думала и наконец произнесла, махнув рукой.

— Он тут многим нравится.

— У него есть девушка?

— Неа. Сейчас никого нет.

— Он ведь где-то учится? — спросила я, уверенная в том, что парень далек от клише прожигателя жизни.

— В Мадридском универе. На юрфаке. Как его отец и дед.

— Достойный парень.

— Я не в его вкусе.

— Он не знает тебя… — попыталась я ее успокоить. — Я с тобой знакома только несколько дней, а уже успела с тобой подружиться. Ты замечательная.

— Нет, ему нравятся другие девушки, — задумчиво произнесла она и перевела взгляд с горизонта на меня.

— Волна идет, ложимся! — чувствуя, что подруге неприятно, я сменила тему и, приняв правильную позицию, как меня учили, уже вовсю гребла руками, стараясь поймать пусть и мелкую, но волну.

У меня уже вполне сносно начало получаться держаться на воде, лежа на доске, когда я увидела, как в нашу сторону подплывает Алехандро на таком же борде.

— Травма руки давно была? — серьезным тоном спросил он.

— Осенью. Но с того момента я активно занимаюсь плаваньем и йогой.

Он кивнул и спросил:

— Встать на доску пыталась?

— Мне бы не упасть с нее, лежа, — рассмеялась я.

— Надо сначала на берегу попробовать и отрабатывать движения.

— Ты откуда знаешь, как правильно? — спросила Палома, скептически прищурив глаз.

— Я начинал с классического серфинга, но мне не зашло. Я больше люблю соединять две стихии, море и ветер, — ответил он и спросил: — Ну так как, будем учится вставать на борд?

— Будем! — уверенно кивнула я и посмотрела на Палому. — Ты ведь со мной попрактикуешься?

— Хорошо, — пожала плечами Палома, и мы поплыли в сторону берега.