Командировка в ад
- Автор: Казаков Дмитрий Львович
- Серия: Оружейник (Казаков) #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Командировка в ад». Краткое содержание книги:
Когда тебя пытаются убить все подряд — и враги, и соратники, и контрразведчики, и таинственные сектанты, которым надо вообще не пойми что. Когда твой личный враг отравляет тебе жизнь, а вокруг плетутся непонятные интриги, где ты не более чем пешка на игровой доске.
Ну да, командировка… только в ад! Держись, Оружейник!
— Работай, — повторил конвоир, и я сделал вид, что ковыряюсь в фильтре, хотя продолжил тайком наблюдать.
Да и сам конвоир повернул голову, застыл, точно зачарованный.
К взрослым голосам присоединились детские, открыли рты мужчины и женщины. Жуткая, пробирающая до костей мелодия завибрировала под куполообразным потолком, заплясала внутри мозга, накатило желание зажать уши и немедленно сбежать отсюда, спрятаться где-нибудь в темноте.
Затем пение смолкло, и я вздохнул с облегчением.
— Хей! — воскликнул один из жрецов, в темно-синей, как грозовая туча, одежде. — Возрадуем же источник света!
— Хей! — повторил второй, в ярко-алом. — Возрадуем же законы!
— Хей! — добавил третий, в черном, как ночь. — Возрадуем же опору под ногами!
Эта троица находилась на равном расстоянии друг от друга, наверняка они стояли на вершинах треугольника, вписанного в самый большой круг, но из моего закутка точно видно не было.
Простые горожане начали опускаться на колени, и я подумал, что «день всеобщей радости» — местный религиозный праздник, и что наверняка сейчас последует молитва или какое-нибудь причастие, а площадь с разлинованной мостовой заменяет бриан святилище. Только вот при чем тут дети?
Жрец в темно-синем махнул, к нему подбежалюноша с кипой белой ткани в руках. Служитель аборигенских богов выдернул из нее что-то вроде полотенца, шагнул вперед, и повесил его на голову ближайшему ребенку, такой же предмет достался второму, третьему, пока все они не оказались в этих платках.
Юноша убрался прочь, жрец вернулся на место, а дети принялись танцевать. Закружились сначала на месте, а потом двинулись в хороводе, неотличимые друг от друга благодаря развевающимся белым полотнищам.
— Хей! — рявкнули трое жрецов в унисон, и зрители отозвались хлопком ладоней. — Возрадуем! Возрадуем! Возрадуем!
Конвоир уже не делал вид, что наблюдает за мной, он таращился на ритуал, и глаза у него были стеклянные. Меня же трясло, происходящее выглядело красивым и жутким, мне до смерти хотелось, чтобы все это оказалось сном, чтобы я проснулся дома, и Юля рядом, и здоровая Сашка тоже.
— Хей! — и хлопок сотен ладоней отражается от стен и бьет по ушам.
— Хей! — безмолвные маленькие фигуры продолжают кружиться, словно изображаяпояс астероидов вокруг светила.
— Хей! — трое жрецов вскидывают руки, и я вижу, что в каждой зажат грубый каменный нож вроде тех, которые наши предки делали тысячи лет назад: треугольное лезвие, сколы, округлая рукоятка.
По спине у меня побежал озноб.
— Хей! Хей! Хей! — темп увеличился, и один из маленьких танцоров не выдержал, споткнулся.
Круг рассыпался… и жрецы бросились вперед, точно коршуны на цыпленка.
Склонились, исчезли из вида, раздался тонкий взвизг — такой издает щенок, которому сделали больно.
— Твою мать… — прошептал я.
Нет, нет, этого не может быть!
Жрец в красном распрямился, в его ладони оказалось нечто трепещущее, истекающее алым. Он швырнул этот предмет в толпу, и когда молодая женщина с ликующим воплем поймала его, я осознал все.
Эти твари убили ребенка и режут его на части.
Мысли исчезли, пропал страх, его сменила ярость, горячее, почти материальное желание убивать. Я шагнул к конвоиру, он начал поворачивать голову и поднимать автомат, но время для меня словно встало.
Я ударил его под нижнюю челюсть, кулак дернуло болью, бриан отшвырнуло назад. Подхватил оружие, выпавшее из ослабевших ладоней, и привычно передернул затвор… отлично, все как на Земле.
Развернувшись, я шагнул к выходу из переулка.
В толпу полетел еще один шмат детского мяса, и бросивший его жрец в черном посмотрел на меня. В глазах его отразилось недоумение, но сменилось не страхом, как я надеялся, а диким весельем.
Я вскинул оружие.
Что случилось дальше, я не понял — моя ярость словно лопнула внутри, ударила в череп, в грудь, в спину. От боли я пошатнулся, меня повело в сторону, перед глазами все исказилось, площадь оказалась вверху, бриан на ней словно рассыпались на десятки сверкающих искр.
Удар в локти привел меня в себя, я понял, что лежу, и что автомат выпал у меня из рук.
— Суки… — я потянулся к нему, но чужая нога опустилась мне на запястье, пригвоздиларуку к мостовой.
От тяжелого пинка хрустнули ребра, но я все же ухитрился вцепиться в приклад. Ощутил его гладкость, а в следующий момент на меня обрушился настоящий град ударов — бедра, спина, шея.
Последним усилием сумел перевернуться на бок, свернуться в клубок.
И проваливаясь в черный колодец беспамятства, я словно вновь услышал пение брианских детей, заунывное, печальное, пробирающее до холодной, спазматической дрожи во внутренностях…