Две жизни Алессы Коэн

Конечно, было бы лучше, если бы он их подал в письменном виде, но у нас не досудебное урегулирование и мы не делим наследство почившего родственника или устанавливаем сумму ущерба… Я улыбаюсь своим мыслям — да, сейчас все намного проще, но разговор с обозначением позиций сторон нам все равно не повредит.

— Дитя, не вмешивайся… — начинает Эриний.

Архимаг тоже недоволен и пытается наложить на меня чары, но его я убеждаю парой слов:

— Нам нужно с ним поговорить, вы же видите, епископ не против, иначе вы давно уже лежали бы здесь горсткой пепла, не горячитесь, — шиплю я, как очень злая гадюка или кобра, поэтому он, вероятно, проникается моей речью и останавливает руку с жезлом на половине дуги, так и не дорисованной в воздухе. Руна осыпается роем светлячков с оглушительным шорохом на траву у меня под ногами.

Епископ тоже, судя по всему, поражен моими интонациями и рассматривает меня с уважением и опаской. Но говорить не начинает, приходится начать мне:

— Ваше Преосвященство, я правильно предполагаю, что вы склонны обвинить мастера Гвеллана во всех смертных грехах из-за одного случайно открывшегося обстоятельства? — я сильнее прижимаю оборванный лоскут к плечу и скашиваю на него глаза. — Но вы не планировали этот маленький спектакль, хотя… кажется, вы что-то подозревали. Не зря вы дали мастеру Гвеллану прочесть именно тот отрывок, который дали… У меня сложилось впечатление, что вы хотели добиться от него признания. Мастер Гвеллан, не подскажете, про что там было?

Гвеллан рассерженно сопит или просто глубоко дышит, успокаиваясь. Надо же, как его напугала угроза моей жизни, которой и не было… Ослепила до такой степени, что он утратил способность здраво соображать. Ему надо ее вернуть, как можно скорее, пусть даже и так — заставить ответить на мой вопрос.

Он, чуть помедлив, произносит:

— Про что-то никак не связанное со мной — что такие же водяные щупальца защищали тех, кого хотел оградить Источник. Так, в заливаемом ливнями городе водяной барьер, не пробиваемый ни огнем, ни воздухом, окружал дома и пашни невинных, по мнению Источника, горожан.

Эриний хмыкает, сдерживая улыбку, и отвечает:

— Ну действительно, никакой связи, Гвеллан. Тогда и во втором отрывке вы ее не увидите, когда те же водяные тентакли схватили праведницу, оставленную злодеями в непроходимой чаще, и во мгновение ока переместили на берег озера, неподалеку от ее жилища.

— Ну хорошо, — соглашаюсь я, — связь определенно есть, а вам теперь известно, почему подобное явление подстерегло всех нас по пути из Школы Жемчужной Розы. Но вопрос, вероятно, не в природе этого феномена. Вопрос в том, что именно вас так разозлило, что вы готовы были убить мастера Гвеллана.

— Убить? — брови епископа поднимаются так высоко, что теряются под короткой челкой. — Упаси Источник мне убивать кого бы то ни было. Все, что я хотел…