Тревожная весна 1918

Только часов в 8 утра (когда все уже было кончено) к нам, наконец, прибыл 6-ти сотенный полк из "Северной группы". Его командир есаул Климов явился ко мне и доложил, что люди его полка сильно устали, так как, сбившись с дороги, полк всю ночь плутал по степи. Какие "молодцы"! Что еще? Сапоги не того размера и гранаты не той системы?

Хотя к этому времени мы и овладели городом, но, тем не менее, прибытие этого полка было весьма кстати. У нас в резерве уже не было ни одного казака! Две сотни нашего резерва были уже использованы в бою у Хотунка.

Одну сотню прибывшего полка я тотчас же послал в распоряжение коменданта ж/д станции, чтобы не допустить грабежа (там было много вагонов груженных ценным имуществом, вплоть до мануфактуры), а другую поставил гарнизоном в Хотунке. Остальные сотни направил к городу.

Здесь, у окраины, я встретил Походного Атамана и командующего группой. По случаю победы мы взаимно обменялись поздравлениями, а затем решили ехать в город. Как там в песне поется: "Партизанские отряды занимали города…"Это про нас! На всем пути от Фашинного моста до Троицкой церкви жители нас восторженно приветствовали, как своих освободителей. Нас забрасывали цветами, и многие с любопытством спрашивали:

– Кто Вы? Кто освободил наш город?

На это, полковник Денисов и я скромно отвечали:

– Ваш город освободил Походный Атаман, генерал Попов.

Наши слова видимо очень нравились Походному Атаману и он самодовольно улыбался. К большому моему огорчению, мне не суждено было до конца продолжить это триумфальное шествие. Не доезжая Троицкой церкви, меня нагнал ординарец и доложил мне, что начальник северного отряда (заслона) просит меня к телефону. Телефонное сообщение уже было установлено посредством включения в железнодорожную линию.

В это время орудийный огонь противника по Новочеркасску заметно усилился. Пушки стреляли откуда-то с юга. Шрапнели рвались преимущественно над центром города. Над головой просвистел снаряд. Врыв. Нескольких человек задело осколками. Был легко ранен в ногу и я. Несколько гранат попало в местную святыню – Новочеркасский собор. Да что же такое делается?

Замаскированные орудия красных, очевидно были установлены где-то в районе Краснокутской рощи и кладбища. Ввиду этого, я предупредил полковника Денисова, что по окончании разговора с начальником северного заслона, я тотчас же сам поведу четыре сотни нашего резерва к Краснокутской роще с целью выбить оттуда большевиков. Но начальник северного заслона ничего утешительного мне не сказал и только просил дать ему подкрепление. И где я его для него возьму?

Я ориентировал "начальника северян" в обстановке и чтобы его успокоить обещал ему немедленно отправить в его распоряжение две сотни из резерва, а две другие, повел к указанной роще. Но не успели мы еще дойти до последней, как орудийный огонь противника внезапно прекратился. Все стихло.

Позднее мной было получено донесение из нашего южного конного отряда подполковника Туроверова, которое разъяснило этот казус. Оказалось, что отряд блестяще выполнил свою задачу. Он овладел станицей Аксайской и захватил у большевиков в полной исправности 6-ти орудийную батарею с запряжками и зарядными ящиками. Батарея была та самая, которая, как я говорил, долго обстреливала город.