Карамельная кофейня. Эльфам вход запрещен!

Глупая...

— Поцелуй меня, — попросила шепотом и прикрыла глаза. Мурашки от удовольствия пробежали вслед за поцелуями от шеи до живота, и едва сдерживая стон запустила пальцы в волосы Ильмара. Бретельки платья соскользнули, приоткрывая грудь, сильные руки сорвали с меня одежду в ту же секунду, не заботясь о его целостности, но в этот раз я подалась навстречу страстным жарким поцелуям, не чувствуя ни капли смущения.

Выгнулась, сходя с ума, когда мужчина тихо зарычал в ответ на мой стон, его ладони скользнули по моей спине, а поцелуи спустились еще ниже и стали нежными, сладкими, дурманящими кровь…

— Ильмар… — то ли полувсхлип, то ли полустон сорвался с моих губ. Я не могла больше ждать, не хотела, жаждала большего, намного большего, а эльф словно испытывал меня на прочность. Перехватил за запястья, резко перевернул меня на живот и кончиком языка провел по спине вниз. Теперь зарычала уже я и окончательно потеряла над собой контроль.

Мужчина ласкал меня долго, страстно, дразняще… К моему платью на пол упала его одежда и оставшиеся крохи моего смущения исчезли.

— Я люблю тебя, люблю… — шептал мне тихо, прикусывал мочку уха и его ладони гладили мои плечи вызывая во мне ураган эмоций.

— Люблю, — хрипло шепнула я в ответ и мир перестал существовать, были только он, я и одно на двоих желание.

Солнце заливало ярким светом гостиную сквозь широкие окна, улыбаясь, я наблюдала за солнечными зайчиками на стенах и никак не могла отпустить руку Ильмара. Мужчина лежал сзади, голову положил на мое плечо, не видела, но ясно чувствовала каждой клеточкой кожи его взгляд. Вся я по самую шею была укрыта простыней, одежда все еще валялась на полу и не было никакого желания ее надевать.

— А еще мы вместо вот этого окна, — Ильмар кивнул на то окно, которое было смежным с моим. — Сделаем двери. Чтобы ты могла, не выходя на улицу попадать в кофейню.

Удивленно обернулась и открыла рот, чтобы возмутиться, но наткнувшись на взгляд, не принимающий никаких возражений, улыбнулась и чмокнула мужчину в уголок губ.

— Ладно.

— А на территории за нашим домом построим большой цыплятник.

— Это называется курятник, — фыркнула я.

— Ладно, курятник. А еще переделаем гостиную в том доме, поставим прилавок, столики для гостей. Но если честно, мне бы не хотелось, чтобы ты этим занималась. Тебе больше не нужно беспокоиться о деньгах, а развлечений в столице полно. Правда хочешь с утра до вечера печь пирожные? Ты могла бы оставить этот свой талант только для меня.

— Ильмар, я правда хочу печь тортики и пирожные. И делать их на заказ. Я хочу делать людей счастливыми.

— И толстенькими.

— Именно.

Нежный поцелуй в щеку и я снова млею, улыбаюсь как влюбленная дурочка и готова на что угодно, что бы Ильмар ни попросил. Даже отказаться от моего маленького, собственного дела, и если бы он снова спросил, хочу ли заниматься заказами с утра до вечера, я бы задумалась.

— Пора идти, цыплятки и правда голодные.

— Ладно, но помни, что теперь этот дом и твой тоже. Я хочу, чтобы ты была ко мне как можно ближе. Дверь сделают к вечеру, а я пока найду необходимые вещи для твоей кофейни и цыплятника на заднем дворе.