Отец Иоанн (Крестьянкин)

Так, на допросе в 1927 году И. А. Соколов заявил: «Официально монахом или иеромонахом я нигде не был». Из того же протокола следует, что родился он в Москве в 1880 году в семье типографского наборщика; после того, как дом отобрали за долги, до 1925-го жил на квартире, после чего перебрался в подмосковное село Ромашково, где о нём пошла слава как о прозорливце и целителе. В 1927-м Соколова приговорили к трём годам ссылки, откуда он бежал и с конца 1937-го жил с чужим паспортом в деревне Липуниха. Во второй раз его арестовали в 1940 году. Тогда на допросе Иван Александрович пытался выдать себя за некоего «композитора» из Калуги и заявил, что церковь не посещает, ни в каком монастыре не был и священного сана не имел. Вскоре следствие выяснило, что владелец его паспорта, о. протоиерей Георгий Извеков, расстрелян в сентябре 1937-го, а сам «композитор» не знает нотной грамоты, после чего Соколов изменил показания — начал утверждать, что с 1897 по 1924 год находился в Оптиной пустыни, где в 1914-м был возведён в сан игумена. В итоге его осудили на пять лет ссылки в Казахстан. А во время третьего ареста, в 1950 году, Иван Александрович рассказывал о себе уже, что он «в школе учился только два года. Затем был “мальчиком” в магазине, а с 17-летнего возраста работал дворником в типографии в течение семнадцати лет». Далее следует фраза: «С 32-летнего возраста, по его словам, занимается деятельностью священнослужителя в старообрядческой общине». 11 августа 1950 года Соколова признали невменяемым и определили в психиатрическую больницу.

Заметим, что все три раза И. А. Соколова арестовывали за «антисоветскую деятельность», сводившуюся к тому, что он на частных квартирах раздавал бутылки с целебной водой, масло, предсказывал скорое падение советской власти, а иногда читал акафисты. О том, как формировалась легенда о нём как о священнослужителе, свидетельствуют его собственные показания: «В 1935 г., когда я стоял на паперти в греческой церкви, одна из женщин узнала меня и назвала о. Иоанном. Позже обратил внимание на меня и настоятель греческой церкви о. Иоанн, который, узнав, что есть игумен Оптиной пустыни, пригласил меня ему прислуживать. В большие праздники я помогал о. Иоанну в церкви, как это подобает по канону священнику в алтаре. Таким образом, я служил нештатным священником». Там же приводится свидетельство одной монахини, которая сообщает, что молебнов и прочих служб на дому Соколов не отправлял, да и вообще «у него не было рясы». Зато в 1940 году он постриг двух человек в монахи, причём один из постриженников, 15-летний подросток, в монашестве был наречён... Серёжей.