Тайные пружины

Всего у немцев вместе с союзниками было порядка 5,5 миллиона человек, 4 тысячи 300 танков и около 5 тысяч самолетов. Кроме немецких, танки были чешские и французские. У Советского Союза на 22 июня в приграничных областях было 3 миллиона 289 тысяч солдат и офицеров, порядка 12 тысяч 700 танков, из них 1400–1500 Т-34 и КВ, 10 тысяч 700 самолетов. Всего в советских вооруженных силах имелось к началу войны 303 дивизии и 22 бригады. В западных округах располагались 166 дивизий и 9 бригад. Немцы не знали общей численности русских войск, они считали, что их количество меньше. Поэтому, когда Гитлер утверждал стратегические планы, он ошибся на 85 дивизий. И это не единственная его ошибка.

Тут надо понимать, что во время боев имеет значение не только количество войск, но и их расположение. Красная армия не успела развернуться согласно собственным планам. Приказ о передислокации был дан еще до 22 июня, в конце мая, но полностью развертывание сил не закончилось. Причина тому — огромные расстояния и состояние дорог в Советском Союзе. До начала войны переброска обычно шла тайно, по ночам, это тоже влияло на скорость развертывания. Немцы по своим европейским дорогам могли перебрасывать войска гораздо быстрее, поэтому сосредоточение немецких войск на границе началось довольно поздно. Например, Люфтваффе только за две недели до начала войны прибыло на свои аэродромы. Когда за три недели до этого российский генштаб оценивал ситуацию, они говорили: «Авиации нет, без авиации нападения быть не может». То же самое: танковые войска стали перебрасывать лишь за несколько недель до нападения.

Известный факт, что Сталин просил Голикова, начальника военной разведки, докладывать каждую неделю о ценах на баранину в Европе. Почему на баранину? Потому что ему не приходило в голову, что немцы рассчитывают военную кампанию без учета зимы, что они зимой воевать не собираются. Чтобы воевать зимой, нужна зимняя форма одежды, а Сталин знал, что в Германии нет запасов зимней формы. Поэтому он сказал: если немцы начнут делать тулупы из овчины, значит, готовятся к зиме, если они готовятся к зиме, значит, будет война. Если они не готовятся к зиме, войны не может быть, что они зимой-то будут делать? Но для того чтобы подготовить зимнюю форму одежды на 3 миллиона человек, надо забить такое количество овец и баранов, что это резко бы сбросило цены на баранину.

Итак, командованию Красной армии было ясно: войска еще не перебрасывают, Люфтваффе нет на аэродромах, к зиме немцы не готовятся — какая может быть война? Никто не понимал, что это такой авантюрный план. Вторая проблема в том, что в российском генштабе ошиблись с возможным направлением немецкого наступления. По всем военным канонам нельзя было наступать на Россию там, где наступали немцы, — к северу от Полесских болот. Там очень легко прижать наступающую армию с одного фланга и окружить. По расчетам генштаба Красной армии, немецкое наступление должно было идти с юга, все советские войска готовились отражать удар именно оттуда. То, что основной ударной группой немцев стала группа армий «Центр», оказалось полной неожиданностью для российского генштаба.