Посредственности или Как Стать Настоящим Магом (СИ)

Тяжело вздохнула и, легко убрав мужскую руку

с плеча, оставила быков наедине. Отошла к подруге и, присев рядом, вытянула

гудящие ноги. Браслет выскользнул из-под рукава и со звоном ударился о лежащую

рядом железную наручь. Иллай оставил.

Ах, этот браслет… Сразу вспоминается наш

первый экзамен. Сколько прошло уже? Три года?

Мы тогда проиграли всем командам. Оставалась

последняя. Даже при том, что в рейтинге мы держались на предпоследнем месте, хоть раз выиграть все равно хотелось. Уставшие, вымотанные, мокрые до нитки, мы

смотрели на абсолютно спокойных соперников. Нас недооценивали. Рано

расслабились и своей несерьезностью сильно разозлили Аланию. Парень, впервые в

жизни, создал нерушимую иллюзию. Густой туман, покрывший весь стадион. Иллай

зажег перед нашими лицами небольшие желтые огоньки, сквозь которые было видно

все вокруг. Хоть и немного размыто. И жарко. Мы методично выбивали из игры всех

соперников по очереди. Один только как-то умудрился вступить в бой. Минут

десять Иллай его мучал, пока я разбиралась с последним магом. С горем пополам, но мы победили.

Эвер был рад даже больше, чем вымотанные до

нитки мы. Обнял каждого и, задержавшись на мне, сказал, что я его гордость. Вот

так. Я догадывалась, но услышать было приятно. При том, что он все еще думал, что мой прогресс во владении мечом — его заслуга. Потом глаза открылись.

«—А ты крут, Шерлок, — похвалил

парень, что пал от моего клинка.

—Да, я такой, — не стала

спорить я, рассмешив не только друзей, но и соперников.

—Идеальный. Только характер

подвел, — решил подколоть Эверфольд.

—Должно же быть во мне хоть

что-то не так, — пожала плечами, мол, в каждом домике свои гномики.

—Избыток вкуса убивает вкус, —

вошел в диалог с ноги Тюрон. С Шекспира. Элегантно, чуть ли не сигару

покуривая.

—Именно!»

Тюрон, чья команда выступала следующей,

незаметно шепнул мне на ухо, что будет ждать вечером на нашем месте. Надеялась, что он про горячий источник. И не ошиблась.

«Когда зажглись фонари, я скользнула с

основной дорожки на тропинку между деревьями и, пройдя привычным маршрутом, вышла на полянку. Никого. И опять этот злосчастный темный источник. Я и так

воды боюсь. Точнее, глубины. Точнее, того, что в ней может быть. Особенно

теперь, когда знаю чуть больше о возможных морских жителях.

Только хотела негодующе попинать ни в чем

неповинную ветку, как на глаза легли чужие руки. Даже подумать не успела, а уже

скользнула вниз и, развернувшись, встала в боевую стойку. Без меча выглядело

комично. Но еще комичнее была растерянность на лице Тюрона. С приподнятыми

руками и приоткрытым ртом, он смотрел на меня, как на чудо света.

—Ты меня напугал, — пояснила

свой рывок, распрямляясь и расслабляясь от его присутствия.

—Я на столько страшный? — Нет,

просто неожиданный. Как понос. Но приятный… Тогда не как понос.

—Нет, очень даже наоборот, —

воспримите это как комплимент, пожалуйста.

—Как приятно, — протянул

куда-то в темное небо мужчина и, сделав шаг назад, легко приобнял за плечи. —Ты сегодня хорошо постаралась.

Ага, несколько раз получила по лицу, по

голове, по ребрам, под коленку и даже по попе. Вот такая я молодец! Всем бы так

уметь. Ну, последнюю битву мы все равно выиграли. В итоге.

—Чуть не умерла, но сделала

это. Я же должна была защитить честь своего учителя! — Хлопнула преподавателя

по груди, отчего тот резко выдохнул, не ожидая такой подставы.

Перехватил мою руку и, нежно поцеловав

костяшки пальцев. Каждый раз от его подобных действий лицо покрывалось

багровыми пятнами, а потом и вовсе краснело целиком. Он считал это милым.

Поэтому и сейчас широко улыбнулся.

—Я хотел поздравить тебя с

удачной сдачей экзамена, — догадалась. Вздрогнула, когда на щеке осталось

ощущение легкого поцелуя. — Хотел подарить тебе кое-что. Еще у озера, но…

Отвлекся, — все стало понятно без слов, когда мужчина облизнулся и, смотря мне

прямо в глаза, провел большим пальцем по губам, будто стирая послевкусие того

самого поцелуя.

Я вспыхнула, вызвав тихий смех мужчины. Было

круто и… Очень приятно. Хоть это и был мой первый поцелуй, но он не получился

неловким, как это часто бывает. Нежный, легкий, чувственный. Медленный. Тюрон будто

учил меня, направлял, но при этом замечал любое мое желание взять управление на

себя. И поддавался. Так и живем.

—Издеваешься, — констатировала

я, недовольно глянув исподлобья на улыбающегося преподавателя.

—Ты очень мило злишься, — эта

фраза вообще имеет смысл?

Как можно мило злиться? Я чувствую себя

просто страшным монстром, когда крышечку срывает. Хотя, помнится, Тюрон даже

побледнел, когда застал меня в ярости. Не наигранной обиде, что я

демонстрировала, например, сейчас. Помнится, в тех самых редких случаях будто

даже небеса пугаются.

—Только рядом с тобой, —

вернула колкость я.

Осмелела, положила руки на грудь мужчине,