Легенды Отрезанного Простора (СИ)
- Автор: Токарева Мария
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Легенды Отрезанного Простора (СИ)». Краткое содержание книги:
— А теперь поверил! — задохнулся возгласом Марквин, вовсе не скрываясь. Ему словно бы тоже хотелось поговорить с кем-то, с уцелевшим свидетелем старой драмы затерянного города Вермело.
— После того, как он убил тебя? — недоумевал Белый Дракон.
— Он дал мне такую силу, которую не принесло бы никакое служение науке. И, знаешь, сложно не поменять свои убеждения, когда тебя разрывают пополам и орды монстров лакомятся твоей плотью, — с невеселой усмешкой поведал Рыжеусый.
— Знаешь ли, я прошел через нечто подобное перед тем, как ты меня заштопал и перелил кровь созданий Хаоса, — бесцветно сказал Белый Дракон. — Соглашусь: когда тебя едят заживо, не очень приятно. Но это не повод рушить миры.
— Кто тебе сказал, что я собираюсь рушить миры? — воскликнул Марквин. — Я собираюсь ими править! И ты мог бы помочь мне, но мешаешь.
Возгласы Рыжеусого обрели новую силу. Он весь словно бы вновь оказался совсем близко к пекарне, у окна которой безмолвным призраком застыл Адхи. И участники разговора не обращали никакого внимания, будто нежданного гостя вовсе не существовало.
— Править? Вот как! И зачем для этого освобождать Змея?
— Змей воцарится в Хаосе, а я захвачу сначала Вариюд, потом мир Звена, потом Таэвас, а потом и другие, — скороговоркой посвятил в свои замыслы Рыжеусый. Похоже, он изначально вовсе не собирался скрывать их.
— Какие великие планы. И всем построишь дирижабли? И, конечно, насадишь справедливое устройство общества? — саркастично усмехнулся Белый Дракон. В этот момент он совсем не напоминал легендарную сущность. В пекарне обращался к пустоте полусумасшедший охотник на монстров в темно-бежевом плаще.
— Кому нужен был в Вермело мой гений? Кому нужны были дирижабли? И кому нужна была справедливость, когда на этих улицах лилась кровь и кварталы шахтеров воевали с кварталами богачей? Разве не помнишь? Ты был там! Ты все видел! — яростно возопил Марквин. — И что ты сделал, когда стал Белым Драконом? Только заточил Змея Хаоса.
— Больше я не мог ничего сделать. Я бы тоже хотел остановить кровопролитие, — вздохнул Белый Дракон, согнутый давним чувством вины. Он одиноко застыл в пекарне на расшатанном табурете, перед миской неизменно свежих яблок. Адхи ощущал его одиночество, его вечную грусть. И его невозможность по-настоящему никому помочь. Высшее существо из легенд не переродилось в этом охотнике, возможно, воплотилась лишь его часть, позволившая одинокому человеку на грани отчаяния заточить Змея Хаоса в антикварную лавку.
«Как это все… тяжело. Какой этот мир взрослых сложный! И я… я уже тоже взрослый, если участвую во всем этом, — вздохнул Адхи, но внезапно спохватился: — Ого, да они меня не видят! Совсем не видят и не слышат. Значит, подавитель магии работает в обе стороны. Ну, Марквин, держись! Ты сам себя лишил ушей. Я доберусь и до тебя, вернее, сначала незаметно доберусь до короля Тхуадора, потом до царя Сваитана, а потом до тебя».
Разговор нечеловеческих сущностей тем временем продолжался. Марквин восклицал из пустоты, и голос его отражался от пустых чистых стен:
— Ты не понимаешь, Белый Дракон, служение науке осталось. Изменились методы. Люди и подобные людям разумные создания закоснели в своем нежелании что-либо менять. Им не нужен справедливый порядок, им неплохо жить в хаосе своих мелких дрязг. Что я сделал? Всего-то дотронулся до линий мира. И вот, как говорит твой ученик, «грибница» опутала сначала Хорга, потом армию орков, потом две армии Вариюда.
«Зачем? Зачем он прикоснулся к Хоргу?! И к армиям. Марквин служил науке… Он мог бы делать по-настоящему полезные вещи, раз придумал такой невероятный корабль, дирижабль. Раз лечил людей. Может, все дело в том, что это уже не Марквин, а его тень? Он ведь рассказывал, как его убили за стеной Вермело, как его вернул к новой, иной, жизни Змей. Хотя… все равно он безумец, который похитил Даду и Хорга», — думал Адхи, вспоминая и сопоставляя все, что узнал про недруга.
— Но ведь это ты сделал. Ты опутал их. Ты обрек их на смерть, — с тяжелым вздохом произнес Белый Дракон.
— Нет… Я всего лишь дотронулся до линий, пробудил их худшие черты, их истинную сущность, — не слишком уверенно возразил Рыжеусый, но раздраженно добавил: — Думаешь, я не мог бы так же дотронуться до линий Адхи? Мог бы! И уже дотрагивался, но они не чернели.
«Да чтоб тебя! Когда ты успел-то?!» — поежился Адхи, растирая предплечья и лохматя туго сплетенные косы, точно надеясь вытряхнуть надоедливое насекомое. Рыжеусый с монотонной обреченностью продолжал:
— Хорг поддался сразу. Король Тхуадора — тоже, как и вождь орков Огненной Травы. Конница сопротивлялась, но недолго. Все это было в них. А я — лишь проводник их воли. Они хотят жить в хаосе! И, что забавно, Белый Дракон, сам мой господин, Змей Хаоса, мечтал построить новую систему из тех миров, которые невольно разрушил после своего сражения с другим великим змеем. Воцариться над всеми, но это был бы порядок. А сейчас это разрозненные осколки, которые теряют остатки былых технологий, остатки былого порядка и процветания. Без порядка они обречены на смерть. Без Змея они обречены на смерть.
— Вместо Змея посадили меня, — без особой радости отозвался Белый Дракон. — Теперь я хранитель, а твой господин остался противовесом.
— Да, противовесом, без которого все рухнет, — недовольно заметил Рыжеусый. — И как ты справляешься? Что ты вообще делаешь?
— Я собираюсь объединить миры, пока в них не иссякла магия различных барьеров, — ответил Белый Дракон. — Я постепенно исправляю аномалии, которые убивают осколки: застывшую твердь неба, закручивающиеся в спирали реки, костяные леса — все это рано или поздно будет исправлено. И миры объединятся.
— Да? И что будет в этих мирах? Думаешь, любовь и гармония? — жутко рассмеялся Марквин. — Орки Отрезанного Простора примутся резать людей из Вариюда. Кочевников с луками начнут поливать свинцовым огнем с дирижаблей.
Адхи содрогнулся, живо представляя эту картину. При желании пиратка Лесита с командой могла бы прилететь в Звену и атаковать Степных Орков. Пушками, которые убивали несколькими залпами самых жутких тварей Хаоса, одно стойбище орков не сумело бы сопротивляться.
— Твоих дирижаблей. Поэтому придется тебя остановить. Нет, такое объединение нам не подойдет. Я еще подумаю, — признался Белый Дракон. — До объединения миров еще должно пройти немало времени.
— И ничего не надумаешь, потому что общества разумных созданий — это Хаос! Тем более, общества, оказавшиеся на разных ступенях развития. Послушай меня, новый ты Белый Дракон: в эту игру даже высшие сущности не могут сыграть без потерь, не могут победить в ней, — говорил почти без злобы Марквин. — Но ты мог бы присоединиться к нам с господином, а не играть по своим правилам, вернее, без правил. Верного пути нет.
— Но есть путь наименьших страданий и насилия. Есть путь, в котором не похищают детей для достижения своих целей, — не соглашался и не спорил Белый Дракон. — Мы могли бы объединиться и думать, как лучше помочь разным мирам с помощью твоих изобретений. Но ты стал Разрушающим. Твои изобретения сеют смерть.
— Конечно-конечно, а добрые сказочки не сеют смерть. Они просто ничего не делают, — обиженно отозвался Марквин. — Нет, ты подумай сначала, а потом объединяй миры. Пути осколков слишком разошлись.
— Да, разошлись. Но не тебе ими править. Смерть смотрит сквозь пустые глаза маскаронов. И ты — один из них, одна из масок зла, которая желает выдать себя за страдальца. Хотя у тебя есть своя правда, своя боль, — разнеслось рыком недовольное замечание Белого Дракона, но тут же сменилось спокойным продолжением: — Я не виню тебя, потому что учусь быть милосердным хранителем Миров Хаоса. И я не хочу лишать людей права выбора, а ты не видишь другого пути.
— Каким же ты стал благостным, — бросил с отвращением Марквин. — По должности положено? Как стал Белым Драконом, так и научился?