Расправляя крылья 1. Шаг перед пропастью [АТ]

А вот и родная каюта. Шесть коек, одна из которых принадлежит мне. На оставшихся спали пять девушек, коих я считал сестрами. А, нет, четыре, Маркиза отсутствовала. Но сути это не меняло — сестры есть сестры. За которых я умру и которые умрут за меня.

Вот ведь как бывает, только недавно помирились, только-только нашли общий язык, и трех месяцев не прошло, а уже такой прогресс во взаимоотношениях. Почему так быстро? Не знаю. На этот вопрос ответить сложно. Ведь я — участник процесса, не вижу его со стороны, а значит, необъективен. С Капитошкой было куда как проще! Но мы с дочерьми единорога поняли друг друга, и это главное.

Прошел мимо кровати Кассандры, остановился возле Мии, посмотрел ей в лицо. Условно младшая Сестренка мирно посапывала. Мысленно пожелал ей счастливых снов, двинулся дальше. С этой девушкой нас так же многое связывает, больше, чем с кем бы то ни было из взвода. Её проблемой всё это время я занимался усерднее всего, и, вроде бы, нашел решение. Но об этом, пожалуй, не сегодня.

В принципе, воздействовал я на них всех, просто на кого-то в большей степени, на кого-то в меньшей. И это были не эксперименты на людях под руководством Лока Идальги, это было именно желание помочь. Мие и Розе — не бояться мальчиков, не бояться серьезных отношений, преодолеть детскую психологическую травму. Паулите — побороть комплекс неполноценности, несомый с раннего детства, выражающийся в агрессии и показному отрицанию чего бы то ни было. Маркизе — разбить кокон и начать общаться с внешним миром на равных. Кассандре же просто найти себя, свой дом и семью вместо места, где она служит, потому, что приняла присягу.

Вернувшись на базу, я первым делом направился в кабинет Мишель — прояснить ситуацию. Разговор с этой шельмой оказался непродуктивным и очень-очень быстрым — она сразу осадила меня и послала… В каюту. Пока она добрая, чтоб не отвлекал во время тревоги. И возразить было нечего.

Придя же по указанному адресу, я встретил всеобщее напряженное молчание — весь взвод застыл с отрытой челюстью перед Патрисией, которая как раз закончила рассказывать новости.

— Привет-привет! — помахал я всем, напуская на себя показное веселье. — Чего такие задумчивые?

— Хуан, это правда? — произнесла Паула, огорошенно хлопая ресницами. Я вымученно кивнул.

— Да. Тигренок немного… Подзалетела. Скорее всего, от меня. Не факт, но… Марина бы не стала устраивать шоу, если б было иначе.

— А разве такое возможно? — воскликнула Роза, всё-таки подавшая документы в медицинский, все последние месяцы только и делавшая, что зубрившая материалы для поступления — Ты же это… Мы же там были, внизу. Вы же… Вы до этого три дня кувыркались! Почти три. Так не бывает!