Сбежавшая невеста (СИ)

— Мне сказали, что моя дочь нездорова! Это правда?

Верный тут же поднял голову.

— Она потеряла ребёнка, — холодно проронил Тайвин.

— В Ланниспорте! Под телегой!

«Пекло!» — Тайвин скрежетнул зубами. Слухи распространялись со скоростью шторма, пришедшего с моря:

— Вас не обманули.

— Что она там делала?

— Я намерен задать ей тот же вопрос, как только это будет возможно.

— Хотите сказать, что вы, её муж, не знали, что Арья в центре сражения?!

— Ваша дочь любит совершать спонтанные конные прогулки, — едва сдерживаясь, ответил Тайвин. Спокойствие давалось ему с величайшим трудом.

— Вы поклялись служить ей опорой и защитой, — парировал Старк, но с уже гораздо меньшим напором.

— И я продолжу это делать вопреки всему! — мрачно сообщил Тайвин.

— Рад это слышать!

Выдохнув, Старк отвёл взгляд. Только сейчас Тайвин заметил длинный узкий свёрток в его руках: «Меч что ли? А от чего так мал?»

— Я бы хотел видеть дочь, — молвил Старк, глядя в сторону.

— Разумеется. Но всё же пусть мейстер скажет последнее слово. Арья слишком слаба.

— Слаба, чтобы видеться с собственным отцом?!

— Слаба, чтобы видеться с кем бы то ни было!

Стоя друг напротив друга, Тайвин и лорд Эддард меряли друг друга взглядами. В углу лежал Верный, не спуская с них глаз.

— Вы с подарком? — кивнув на свёрток, спросил Тайвин.

— … Да, это Игла, — явно смутившись, ответил Старк.

— Подарок её тёти, — кивнул Тайвин, демонстрируя свою осведомлённость.

— Да.., — Старк, казалось, был удивлён. — Надеюсь, вы не против.

—… Нет.., — помедлив, ответил Тайвин. Переступив, он поморщился — нога болела и никак не хотела успокаиваться.

Стук в дверь прервал его на полуслове. На пороге появился Джейме — в сухой одежде и в начищенных сапогах.

— Отец, лорд Эддард! — приветствовал он их.

— Джейме! — Тайвин был рад сыну. Рад его приезду, рад тому, как он проявил себя в битве. И тому, что вышел из неё без единой царапины. — Король отпустил тебя?

— Его Величество сейчас не нуждается во мне, — едва заметно скривившись, ответил сын. — Чтобы посещать бордели, гвардейцы не нужны.

— Ты говоришь о короле! — угрожающе прорычал Старк.

— О, а вы думаете, наш государь занят чем-то другим? — едко ответил Джейме.

— Его Милость провёл более месяца в Винтерфелле, и у меня есть основания подвергать ваши слова сомнению сир Джейме!

— Тогда, боюсь, наш государь сильно изменился, покинув Север, — ухмыльнулся Джейме. — Он не упускает возможности посетить бордель, и его предпочтения всем известны — худосочные брюнетки. А с недавних пор он даёт им всем одно имя — Лианна.

Старк, играя желваками, отвёл глаза.

Тайвин хмуро следил за их перепалкой, не имея ни малейшего желания ввязываться в неё. То, что зять ведёт себя неподобающим образом, не было для него секретом. Но ещё никогда Джейме столь откровенно не выказывал своё негодование. И его можно было понять — Роберт был мужем Серсеи. И он был королём. А что такое король, Тайвин знал слишком хорошо. Король мог позволить себе всё, и никто не вправе его осуждать. Любое осуждение — это восстание. Семь Королевств знали только одно восстание, и это было восстание Роберта, причиной которому послужило деяние принца, опорочившее честь леди. Сейчас, из-за блудливого государя и его шлюх никто обнажать клиники не будет, и им всем — и Тайвину, и Джейме оставалось лишь пожелать королевского терпения Серсее.

— Я могу увидеть Арью? — с каким-то безысходным выражением лица, обратился к Тайвину Эддард Старк.

— Я велю позвать мейстера, — ответил Тайвин, отметив перемену в настроении Тихого Волка. Вдаваться в её причины он не желал. Была ли это тревога за дочь, или за Роберта, чьё сластолюбие вызывало неприязнь — его это волновало мало. Ему хватало собственных забот, чтобы думать ещё и о других…

Эддард Старк уехал в тот же день, несмотря на шторм. «Государь ждёт меня,» — последнее, что услышал Тайвин, озадаченный поспешностью отъезда обретённого родственника. Даже его собственный сын, Джейме, будучи Королевским Гвардейцем задержался на два дня, переждав непогоду.

Визит короля Роберта в Утёс Кастерли так и не состоялся. Баратеон, покинув Ланниспорт, проследовал мимо, сообщив письмом, что возвращается в Королевскую Гавань и надеется увидеть там лорда и леди Ланнистер. И что празднования в честь рождения принцессы Мирцеллы будут отложены до их приезда. Так же он желал леди Ланнистер скорейшего выздоровления и возможности пуститься в дорогу…

Жену Тайвин посетил, когда она окончательно пришла в себя. Повинуясь долгу мужа, поклявшегося защищать и оберегать ту, с которой его соединил септон в яблоневом саду посреди Речных Земель, он переступил порог покоев, где и до этого бывал крайне редко. И сейчас предпочёл бы не появляться.

Кукольное, бледное личико женщины-ребёнка с серыми глазами, обрамлёнными тёмными кругами не породило в нём жалости.

— Как вы себя чувствуете, миледи? — задал он вопрос, задать который повелевал ему долг.