Ученик. Второй пояс

Прошло пять вдохов, оглядев всех, Ксилим задал новый вопрос и Указ под его ногами и вовсе успокоился. И больше ни разу, ни на один из последовавших вопросов, не проснулся.

Наконец Ксилим закончил, слегка улыбнувшись, кивнул нам:

— Что же. Я рад. Все остальные пришли сюда с чистым сердцем. И Академия Ордена ответит тем же. Мы не хотим, чтобы старые обязательства сковывали вас, тянули в прошлое. С этого дня для вас начинается новая жизнь.

По-прежнему сжимая одной рукой флаг формации, Ксилим поднял вторую руку и раскрыл ладонь, обратив её к небу.

— Отныне вы освобождаетесь от всех контрактов.

Указы под нашими ногами медленно растворились. Но я не стал щуриться слабей, скорее напротив. Я уже едва удерживался от того, чтобы не закрыть глаза. Хотя бы ладонью. Теперь от брусчатки вверх устремились тысячи ярких искорок, которые стремительно уносились к небу, словно искры костра в потоках воздуха. И мне было отлично видно, как над головой Гилая и ещё одного, стоящего передо мной, парня, имени которого я даже не помнил, стремительно исчезают тени от старых, выполненных контрактов.

Спустя два вдоха и ещё действующие контракты и слабые Указы стали бледнеть и истончаться — их стирали на моих глазах.

Ксилим продолжал громко и размеренно говорить:

— Орден Небесного Меча надеется, что в тех делах, что остались в вашем прошлом, вы будете руководствоваться сердцем, разумом и справедливостью. Справедливость одна из важнейших добродетелей идущих к Небу. Если вы обещали что-то, то должны это исполнить, иначе это может стать не только причиной ссоры с людьми, но и преградой на вашем пути к Небу.

Я внимательно слушал Ксилима. Не так уж часто при мне говорили про эти добродетели. Не будь Рейки, я бы даже не знал, какие они вообще есть, эти добродетели. Впрочем, я не учился серьёзно ни разу в жизни. Школа Ордена Морозной Гряды не то место, где таким вещам уделяли внимание. Там всё было скорее направлено на то, чтобы обучить нас основам выживания. И нельзя сказать, что это стало лишним в моей жизни. Не будь Школы и её знаний, я мог бы и умереть где-нибудь в лесах Гряды. Десятки, если не сотни раз.

Так что я неправ. Любому знанию своё время.

Ксилим же продолжал говорить:

— Будь вы учениками нашей Школы или простыми послушниками, то я бы этим и ограничился. Но вы стоите на земле Академии, в сердце нашего Ордена, там, где на эти земли впервые ступила нога основателя Дарена. Уже сегодня вы станете одним целым с нашим Орденом, станете его частью, получите одежды служителей Ордена. Поэтому вы должны быть свободными от всего своего прошлого. В том числе и того, что связывает вас кандалами с другими фракциями.

Гилай вздрогнул, затем расправил плечи, задирая подбородок.

Ксилим сжал раскрытую ладонь в кулак:

— Отныне вы свободны от всех Указов фракций.

Теперь искр стало десятки тысяч. Они сплошным потоком омывали силуэты стоящих на площади. Нас, учеников. Ксилима. Послушников, что стояли на страже Чора.