Гитл и камень Андромеды
- Автор: Исакова Анна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжники
- ISBN: 978-5-9953-0729-7
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Гитл и камень Андромеды». Краткое содержание книги:
— За это можно потребовать много, — задумчиво пробормотала Мара.
Надо сказать, что именно в Ришоне жили Марины родители, да и сама Мара провела в нем достаточно времени, чтобы считать городок своим. И у нее созрел план: присвоить город, не забирая его из рук Виктора, а напротив, воспользовавшись этими руками. Короче, Мара решила, что Кароль должен стать мэром Ришона.
В Яффе у Кароля есть имущество, бизнес и много врагов. Яффа привязана к Тель-Авиву, а Тель-Авив — слишком большая ставка для начала игры. Зато в Ришоне у Кароля нет ни имущества, ни врагов, и есть Виктор, что дает Ришону большое преимущество перед всеми остальными городами и городками страны. А Каролю — перед всеми остальными кандидатами в мэры этого города.
Кароль выслушал Марины мечтания с удивлением, у него самого подобных планов вовсе не было. Но мысль стать мэром ему понравилась до такой степени, что наш подполковник целую неделю ходил по гостиной в обнимку с телефонным аппаратом.
В пятницу мы уже знали, что правящая партия поддержит кандидатуру Кароля, что ему окажут помощь канцелярия премьер-министра, восемь членов кнессета, среди них министры, несколько генералов в отставке, возглавляющих крупные концерны, и «Гистадрут». Казалось, что Ришон у нас в кармане.
— Еще не в кармане, — нахмурился Кароль, — но скажем так: этот бой можно выиграть, если правильно рассчитать и расположить войска, амуницию и провиант.
Войск у него пока не было. Кароль не решался объявить призыв и собирать народ под свои штандарты, не поговорив прежде с Виктором. А вот про амуницию и провиант он уже подумал. И если Виктор возьмет на себя тыл и слегка прикроет фланги, амуниции и провианта должно хватить на все, в том числе и на самого Виктора.
Разговор о картинах Паньоля, валяющихся в запечатанной квартире Йехезкеля Каца, задолжавшего мэрии большие деньги, мог служить разве что дивертисментом в грядущей оратории. Предстояла встреча гигантов, и к ней было необходимо подготовиться. Разведка должна была принести Каролю такие улики против Виктора, что даже если бы этот хитрый вассал Барона хотел забыть о правительстве Родезии и о Кароле, ему было бы очень и очень невыгодно о них забывать.
Во главе своего личного абвера Кароль поставил Хону из налогового управления. Хона воевал под началом Кароля в Синае. И свое дело он знал.
Не прошло и недели, как папка с документами и нарочным прибыла почему-то в галерею, откуда я быстренько переправила ее наверх, в дом. Разумеется, пробежав глазами содержимое. Ну и сволочь этот Виктор! Клейма на нем негде ставить. В тюрьму — и бессрочно. Но у Кароля было совсем иное представление о том, что такое хорошо и что такое плохо.
— Прекрасно! — мурлыкал он. — Ах, какой умница! Что за дьявольская голова! Пять миллионов! В один заход! Цены парню нет! Гений! Просто гений! Повалиться в пыль и целовать ему ноги! Нет, до такого даже я бы не додумался! Какой ход! Нет, с таким помощником только дурак не станет миллиардером!
Мара не обращала внимания на возгласы Кароля. Ее внимание было отдано мусаке, голубцам в виноградных листьях, жареным сардинам — прямо из моря на сковородку! — и фаршированным перцам. Марина мама готовить не любила, а бабушка стала так стара, что с трудом отличала ступку от тарелки. Но нельзя же было Каролю идти в мэры, не получив прежде одобрения Мариного отца! Пригласить родителей в ресторан? Нет, обед должен был быть семейным. И нельзя возложить эту заботу на плечи Мариной мамы.
Все эти «нельзя» придумала сама Мара, но за день-два они приобрели силу завета и заповедей. И Мара — кровь из носу! — должна приготовить праздничный стол, запаковать его в коробки, корзинки, картонки, обложить со всех сторон подушками и доставить в Ришон теплым. Потому что в небольшой маминой духовке будет потеть яблочный пирог — единственная съедобная вещь, которую бывшая певица научилась производить, доведя, впрочем, по словам Мары, этот рецепт до совершенства.
В атмосфере подготовки семейного крестового похода на Ришон мне было неуютно. Я перебирала папки, сумки, баулы и делала это бесцельно. Что называется, наводила порядок в делах и вещах. И наткнулась на обрывок газетной бумаги с адресом Цукеров, так и не вспомнив, откуда он у меня взялся. Мара с радостью дала мне отгул. Дни непраздничные, посетителей мало, езжай на все четыре стороны! И я поехала. И — ох! Дом Цукеров оказался юдолью слез.
Незадолго до отъезда из Вильнюса в Израиль Малка вышла замуж за оперного тенора Казиса Жюгжду. Я об этом знала, была даже звана на свадьбу, но приехать в назначенный день не могла и послала подарок почтой.