Свет и ветер. Том 1 [закончен] [черновик]

Чтож, метод, которым общаются джокаэро понятен: мыслеобразы через варп. Только, похоже, «не совсем» варп, по крайней мере «спектр» был мне незнаком и воспринимался с трудом. А вот их разум, который таки есть, похоже, устроен сильно не так. Не человеческий, соответственно, оперирует понятиями, которые я не воспринимаю.

Однако, есть визуальные образы, прекрасно транслируемые через свет и ветер. И, какие бы отличия в понятийных категориях не были, глаза у обезьянусов есть, соответственно, визуальные образы он воспринять должен.

Так что я, сделав пару шагов к смотрящему на меня джокаэро (и для наблюдателя, в том числе), оттранслировал, в спектре, максимально приближенном к его прошлому посланию, образ меня и обезьянуса, пожимающие друг другу верхние правые лапы. Ну и соответствующую лапу вытянул, не без этого.

Мой визави на меня поднял бровь(!), приподнялся, сделал пару шагов и потряс протянутую лапу. Второй в это время отвлекся от созерцания потолка и стал поглядывать на нас. Так, это всё замечательно, что-то даже понятно, но как диалог то налаживать? Хотя, сделаю-ка я, для начала, положенное по инструкции. В смысле, «заказ», решил я, извлекая из кобуры чертовски ценный раритет.

Это было некое " волкитное " оружие, насколько я мог интерпретировать — микроволновый ЭМ-излучатель, возможно, выходящий параметрами за пределы земной науки: он не просто " прожаривал " цель, а вызывал в органической плоти процесс дефлаграции, самоподдерживающейся расширяющейся химической реакции горения. Сродни горению пороха, хотя с меньшей, безусловно, интенсивностью.

Недостатками этого стреляла, была относительно небольшая, не более сотни метров (для пистолета, именуемого серпентой), дальность. Чертовски сложное производство, приведшее к «утрате технологии» производства. Последнее было не «дикари забыли», а несколько более сложным процессом, связанным со структурой, организацией и прочими моментами Адептус Механикус, ну да не суть.

В общем, стреляло было по своему воздействию уровня хорошего, мощного мельтагана, только не на десятке, а на сотне метров. Из недостатков можно было назвать только то, что его нельзя использовать вблизи. Дефлаграция — не взрыв, но довольно близка по внешним характеристикам к оному. Так что при выстреле в упор, вражина продуктами своего горения и термическим воздействием распидорашивал, или наносил достаточно ощутимый урон и стреляющему.

Но мне, учитывая когти, в упор было и не надо, а надо было на расстоянии. Соответственно, хотелось модификацию, которая освобождала ладони для когтей, при этом позволяла стрелять.

Джокаэро принял из моих рук серпенту и вопросительно уставился на меня. Я, помахивая, для наблюдателя, лапами, транслировал образ наручного стреляла. Ехидно выпятивший на моё «рукомохание» губу обезьянус оттранслировал меня, стучащего с представленными мною же гро зовыми когтями, по запястью то лбом, то языком. В ответ терпеливый я оттранслировал и образ и полетал сервочерепом для наглядности, джокаэро положил мне на плечо лапу, развернул к себе тылом и приподнялся, явно разглядывая нейрошунт. Через полминуты отпустил, а рожа его была столь скорбна, как будто он разглядывал мертвый труп собрата, невинно убиенного притом. Вихрь образов, на тему «всё не так» и «как надо» от него чуть не вызвал мигрень, впрочем, обезьянус опомнился, прихватил меня за плечо и потянул в недра судна.