Смерть стоит того, чтобы жить

Боевые искусства. Анатомия. Языки. Шифрование и связь. Навигация. История и культура. Межрасовые отношения. Пилотирование и управление. Механика. Звездная география. Наука и право Содружества. И еще множество дисциплин - всё это изучали те, кто хотел стать пилотом. Сначала в школах на своих планетах, затем в космических академиях.

С большей частью этих предметов я тоже была знакома. И не только с ними - мне дали отличное образование в детстве. Поэтому я разбиралась даже в каверзных вопросах, которыми меня забрасывали преподаватели. Нет, они делали это не из неприязни, просто, как и любые практики, - а теоретиков в академии не брали - искренне не понимали, что могло понадобиться в космосе молодой девчонке.

Космос жесток. Суров. И бесконечно прекрасен.

Такое количество знаний и навыков, что получали будущие покорители пространств в течение примерно двадцати космических лет после окончания общеобразовательных школ было обусловлено необходимостью.

Несмотря на все расчеты, совершенность техники и развитость наших цивилизаций, Вселенная была слишком велика, чтобы там не происходило неожиданностей.

Поломки, крушения, дикие звери на неизведанных планетах, новые цивилизации, новые болезни, психологическая несовместимость, ранения, восстания. Да что угодно. И пилот, как и любой член экипажа, должен был быть готовым ко всему - по меньшей мере знать, что делать в тех или иных обстоятельствах. Точнее, все эти обстоятельства постараться предвидеть.

Я присоединилась к первому курсу; к той группе, которая сейчас занималась базовым управлением катеров и кораблей гуманоидного типа. Каждому из учеников было около двадцати пяти лет по земным меркам, но они не казались мне взрослыми - вели себя как обычные студенты. Подкалывали друг друга, просили конспекты, собирались по вечерам. Меня, конечно, не звали.  У них были свои истории поступления, всем известные, но моя ситуация, тем более не озвученная до конца, их беспокоила и злила. А то, что я и не старалась вписаться в коллектив,  злило еще больше.

Я вздохнула и попыталась расковырять обивку стула перед кабинетом главы академии. Наивная. Здесь все было на века.

Конечно, я всё понимала - и причину негатива, недоумения, издевок, но кто сказал, что я всегда смогу себя контролировать и оставаться спокойной?

Время отлета приближалось, Джонатан был далеко - но о нем я не забывала ни на секунду; нервничала; одногруппники же продолжали приставать и оскорблять меня, хотя, казалось бы - ну идите, займитесь своими делами, учебой, например. Но нет, я им казалась интереснее учебы. А Кран и его неадекватное поведение стало последней каплей. После вчерашнего случая он как взбесился. То грубо хватал меня во время занятий,  то, проходя мимо, задевал специально так, что я отлетала к стене. Хамил ни с того ни с сего. А на завтраке и вовсе перевернул на меня поднос с едой и ржал вместе с остальными, когда я уходила из столовой переодеваться. Да, я в курсе, что мальчики, которые не знают, как выразить чувства к девочке, хватают её за косичку, но твою ж мать, этот «мальчик» был старше меня, как и все эти «дети»!