Восточные славяне в VI-XIII вв.
- Автор: Седов Валентин Васильевич
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Издательство «Наука»
- Жанр: История
Электронная книга - «Восточные славяне в VI-XIII вв.». Краткое содержание книги:
Таким образом, кладки из камней в сопках, видимо, связаны с местной западнофинской традицией.
Не находят аналогий в местных материалах только каменные вымостки треугольной формы и сложенные из валунов стенки. Но такие сооружения единичны (сопки 140 и 142 в Победищах, сопки 132 и раскопанная Н.Н. Гуриной в Велешах, сопки 144 в Лопино и 145 в Октябрьском) и территориально ограничены низовьями Волхова. Подобные треугольные кладки весьма характерны для курганов эпохи викингов в Скандинавии, где встречаются и изогнутые стенки, выложенные из камней (Strömberg M., 1961, s. 49–72). В связи с этим можно предположить, что происхождение подобных кладок в сопках обусловлено норманнским проникновением в области Приладожья.
Во многих сопках найдены кости различных животных — кальцинированные или несожженные. Встречаются они в одних случаях в насыпях, в других — при захоронениях остатков кремации. Чаще других попадаются конские кости, но встречаются также кости коровы, собаки, барана, зайца и птиц. Обычай помещать кости животных, а иногда и целые особи при захоронениях был довольно широко распространен в лесной полосе Восточной Европы. Он неоднократно зафиксирован при раскопках ярославских и приладожских курганов, основная часть которых принадлежит финскому населению. Кости различных животных часто находят также в курганах Водской пятины, значительная часть которых оставлена водью или ее славянизированными потомками, во владимирских курганах, где присутствие мерянских захоронений несомненно, а также и в других погребальных насыпях древней Руси, где обычны вещевые находки финно-угорских типов. Тот же обряд известен и в некоторых финно-угорских грунтовых могильниках (например, в погребениях ломоватовской культуры Прикамья). Все это позволяет считать, что распространение обычая класть кости животных в новгородские сопки обусловлено участием местных финно-угорских племен в этногенезе словен новгородских.
Как уже отмечалось, захоронения в сопках располагаются ярусами. Наибольшее число захоронений приходится на верхние горизонты этих насыпей, принадлежащие к последнему периоду их использования. Обычно они открываются или непосредственно под дерном, или на небольшой глубине. Число таких захоронений в одной сопке колеблется от одного до семи. Однако сопки раскапывались в основном траншеями, а в последние десятилетия исследовались уже потревоженные насыпи. В связи с этим нужно полагать, что количество захоронений в верхних горизонтах этих памятников было всегда больше.
Вторую группу составляют захоронения, находящиеся в срединных частях сопок. Число их также значительно. Наконец, последнюю группу образуют погребения в основаниях сопок. Таким образом, общее количество захоронений в сопках исчисляется десятками.
Конкретное представление о строении сопок дают насыпи, хорошо сохранившиеся и обстоятельно раскопанные, которые пока единичны. Так, на основе совокупности всей информации может быть восстановлена история сопки 145 у с. Октябрьское (бывшее с. Михаил-Архангел) в низовьях Волхова, раскопанной Н.Е. Бранденбургом (Петренко В.П., 1980, с. 69–76). На начальном этапе была выбрана небольшая возвышенность на краю высокого берега Волхова и на ней устроено несколько каменных вымосток или куч из валунов. Около них поместили захоронения, совершенные на стороне.
Затем возвели первоначальную насыпь высотой около 5 м. Вершину ее сделали уплощенной, а вокруг основания соорудили цоколь-ограду из валунов и плит. Верхняя площадка насыпи имела диаметр 6 м. На ней была возведена следующая серия каменных вымосток, которые имели различную форму в плане. По-видимому, здесь совершались и захоронения. Однако они не были зафиксированы раскопками.
В дальнейшем сопку подсыпали до высоты 7 м. На вершине новой насыпи сделали площадку, на которой выложили еще три вымостки из плит и камней. Рядом с одной из кладок, но на 0,7 м глубже, был обнаружен раздавленный лепной горшок, содержащий, как пишет автор раскопок, «животный уголь» (может быть, остатки жертвоприношения).
Последним этапом сооружения сопки была ее подсыпка до высоты 9 м. В верхней части насыпи открыто захоронение — скопление кальцинированных костей, бронзовая проволока и обломок железного предмета.
Свыше 70 % исследованных погребений в сопках принадлежит к безынвентарным. В остальных захоронениях содержатся единичные, порой маловыразительные вещи, не дающие достаточного представления о культуре населения, оставившего эти памятники. Наиболее часты среди находок стеклянные и пастовые бусы: синие бусины, в том числе шарообразные с желтыми глазками, посеребренные пронизки, пронизки и небольшие шарообразные бусины вишневого цвета, бусины из черной пасты с бирюзовыми и красными глазками (табл. XXI, 24). Единичными экземплярами представлены призматические и многогранные бусины из сердолика (табл. XXI, 36). Среди предметов из бронзы и меди преобладают остатки конского убора — разнообразные бляхи и бляшки (табл. XXI, 2–5, 19, 26, 27, 33, 35, 39). Найдены также спиральки, трапециевидные привески, бубенчики, проволочные колечки от цепочек, оковки, скорлупообразные бляшки (табл. XXI 8, 12, 17, 18, 30, 31). Из предметов украшения встречены перстни (табл. XXI, 6, 7). Обнаружены пряжки (табл. XXI, 34, 37, 38), бронзовый псалий (табл. XXI, 9) и стерженьки от крепления узды (табл. XXI, 10).