Савва Сторожевский
- Автор: Ковалев-Случевский Константин Петрович
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 978-5-235-03055-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Савва Сторожевский». Краткое содержание книги:
На горе Сторожи у Звенигорода никаких сторожевых башен не было. В те времена, когда холм получил своё название, не существовало ни городского Кремля, ни даже самого города. А просто так башни на Руси среди леса не строили. Они просто не были нужны, тем более на возвышенности, откуда и так всё видно на вёрсты. Странно было бы, если бы такие башни строили без крепостей. В них не скроешься и не спрячешься. В целях обороны они также не пригодны. Деревянную башню поджечь вместе с её защитниками, с помощью одной горящей стрелы — дело минуты.
Вот почему «народная» теория, что-де Древнюю Русь окружала цепь сторожевых башен, которые сигнализировали друг другу о появлении неприятеля — вещь недоказанная. А вот действующие, мобильные охранные разъезды — сторожи — это было делом обыденным.
А ещё сторожей иногда называли обереги — символы языческих заклинаний. Не случайно могло появиться около древнего Звенигорода такое место. Здесь, на холме действительно располагалось одно из самых главных и древних языческих родовых капищ.
Западная Смоленская дорога была важной артерией, связывавшей Русь с Западом. И если мы внимательнее присмотримся к слову «сторожи», то заметим в нём глубокие старинные языковые корни. С-тор-о-жить. Это ведь буквально — «находится у дороги», у «главного пути» и его «охранять»! «Тор» — это проложенная дорога (помните — «торить путь»?), бойкое место, где много народа (очень удачно это иллюстрирует современное слово «затор»). Приставка «с» значит «рядом». Вот и получается — сторожить, значит, «быть у дороги», «жить у дороги». Для этого и создавались отряды — «сторожи». Кстати, они, как правило, были конные и лишь в крайне редких случаях — пешие.
А ещё Звенигород был вполне пограничным городом. Некоторое время даже в XIV столетии он находился рядом с границей Черниговского и Московского княжеств, а до этого вообще принадлежал Черниговским князьям. Вот почему здесь могли быть «сторожи», обыкновенные пограничные отряды. Но от кого надо было обороняться? Ведь самый страшный враг — Орда — был на Востоке. С Запада угрожала Литва, но не до такой степени, чтобы приближаться так близко к Москве. Парадоксально, но русские князья оборонялись не только от внешних врагов, но ещё и друг от друга. Иногда даже делали это в первую очередь, а уж потом — от татар, половцев или булгар.
Именно на эту древнюю гору Сторожи и пришёл преподобный Савва, оставив игуменство в монастыре Сергия Радонежского.
В Звенигороде до сих пор стоят два главных каменных собора, символизирующие два важнейших, двунадесятых, православных праздника — Рождество и Успение Пресвятой Богородицы. Оба были связаны с великими победами Дмитрия Донского: с Куликовской битвой и на реке Воже. Но построенные в одном месте, они становились ключом к церковному календарю. Рождественский храм начинал новый церковный год (сентябрь — первый из двунадесятых праздников календаря), а Успенский его закрывал (август — последний из больших праздников годового цикла). Кто-то задумывался в Звенигороде об особом порядке времени, об ощущении гармонии и последовательного устройства Божьего мира, об окружении человеческого бытия и быта точной символикой, связанной с общерусскими традициями.
Кто это был? Мы уже знаем ответ.
В это же время складывается и другая традиция — поминовения павших воинов. Так, если схимонах Александр — Пересвет — погиб самым первым в битве на Куликовом поле (в поединке с ордынцем Челубеем), то другой схимонах — Андрей, он же Ослябя, уцелел в битве и в том же 1398 году упоминался как участник посольства из Москвы в Константинополь. В память о погибших именно в те времена установили ежегодное поминовение, которое попало на субботу перед днём Димитрия Солунского — тезоименитого князю Дмитрию Донскому. Так появилась известная Димитриевская родительская суббота, день воспоминания об упокоенных православных князьях и воинах, на поле брани убиенных. Очень важной также была традиция поминовения, связанная с празднованием Рождества Богородицы (в этот день состоялась победа в битве). Такой храм был в Старо-Симоновском монастыре, здесь похоронили (в разное время) Пересвета и Ослябю.
Савва и Юрий были духовно близки с вдовой Дмитрия Донского Евдокией. Богородице-Рождественский храм в Москве она построила в 1392—1393 годах. А Успенский собор в столице уже существовал. Звенигород повторил московское устроение, ведь он хотел быть второй Москвой, и не меньше. Так появился вослед за деревянным храмом Успения на Городке и деревянный храм Рождества на горе Сторожи.