Пыль и пепел
- Автор: Гжендович Ярослав
- Год: 2006
- Язык: русский
- Переводчик: Владимир Борисович Маpченко
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Пыль и пепел». Краткое содержание книги:
Кстати, некоторые моменты Пыли и пепла по стилю и антуражу похожи на От разбойника Адама Вишневского-Снерга.
Я обнаружил нечто, признанное мною за монастырь. Все из красного кирпича, замкнутое в крупный четырехугольник стен. Были видны крыши, небольшая башня колокольни. Внутри мерцал огонь и был слышен крик Патриции.
Я съехал с дороги, подскакивая на выбоинах, и поехал по траве вдоль стены. Затормозил, отирая руль о кирпичи, запрыгнул на седло, отскочил от него и перекатился по вершине ограждения на другую сторону. В одну секунду, не раздумывая.
Свалился я на кладбище, среди могил, среди крестов, ангелов и кустов болотного кипариса. Огонь, громадный, гудящий и бьющий в небо искрами, горел посреди двора. Горел выложенный круг, а внутри него я увидел столб с извивающимся силуэтом и услышал крик. Все это я увидел, разогнавшись будто атакующий носорог, перескакивая на бегу через могилы и размахивая обрезом. Костер, оглушительно трещащий языками пламени вал, был выложен из сухих, серых веток, ощетинившихся крупными шипами. Тернистые кустарники горели, что твое ракетное топливо, но они были легкими. Я развалил пинком то, что было у меня на пути, почувствовал, как острые шипы раздирают мне кожу, как снопы искр попадают мне на лицо, на бороду, в волосы.
Я вскочил в огненное кольцо и добрался до кола, с которого свисал худощавый силуэт, с лицом, скрытым в облаке черных волос, словно пятно чернил перепуганной каракатицы. Искры горели в них и на белой, рваной сорочке, что был на девушке, будто рубиновая пыль.
Я перерезал ремни, оплетавшие ее запястья, она охватила меня за шею, когда я перепиливал веревки, прижимающие ее к столбу, и услышал шепот. Шепот Патриции:
- Ты приехал, приехал за мной, наконец…
Ее пахнущие дымом волосы оплели меня будто живые создания, клубок тоненьких змеек. Они обкрутились вокруг моей головы, обмотали шею. Мы столкнулись лбами, и вдруг я увидел ее лицо.
Страшное, чужое лицо старухи с горящими золотом глазами и вертикальными зрачками, словно у кота или осьминога. Я увидел палисад крючковатых, ломаных зубов и запах: как будто гнилой воздух подмокшей подземной гробницы.
- Да что же с тобой произошло?! – промямлил я, дергая головой и пытаясь высвободиться от всклокоченных уз, острых, будто стальная проволока, тонких, будто шелковая нить.
- Я оставила у тебя золотое колечко, - ответила старуха голосом Патриции. – Можешь его забрать. Это твой обол, Харон.
- Нет! заорал я, дергаясь и доставая рукой тесак. – Нет! Патриция!
- Так легко было найти ту глупую малышку, столь доверчиво открывающую двери. Так легко пожрать, - зашипела старуха. – Я сделала то, что ты хотел! Нашла его для тебя! – оглушительно крикнула она куда-то надо мной.
Я рванулся и увидел их. Конусообразные пятна, более темные, чем мрак. Свешенные головы, заполненные чернотой капюшоны, спрятанные в рукавах ладони. Стояли кружком вокруг костра, держа факелы. Все, кроме одного, который казался наибольшим.
- Я сделала, что ты хотел, Пресвитер! – вновь крикнула ведьма. – Я дала тебе Перевозчика! Освободи меня, как обещал. Или дай мне тело колдуньи.
Ее волосы были самой настоящей стальной проволокой. Тонкой, зато крепкой, не желавшей поддаться лезвию.
- Не освободишься, - прошептала она. – Никогда… ааа!... так не ведет себя… Умоляю… Делай мне так еще!...
Только сегодня я был ураганом, и огонь шествовал за мной. А ничто не дает такой силы, как бешенство и отчаяние преданного.
Я перерезал ее волосы и освободился.
Отпрыгнул назад, все еще опутанный живыми волосами, вьющимися вокруг моей головы и шеи, будто черные змеи толщиной в шелковую нить. Они опутывали мне лицо, рассекали кожу, лезли в рот и глаза. Я содрал их с себя и поднял обрез.
- Я дала тебе Перевозчика! – крикнула вновь ведьма, указывая на меня старческой, узловатой ладонью. – Бери его и освободи меня!
Она ринулась ко мне, и тогда я выстрелил.
Когда я попадаю во что-то, что вникает в этот мир из дальнейших регионов, обрез может всосать его силу или даже его суть и пленить в гильзе. Так это действует и остается эманацией моего "я". Так научил меня Сергей Черный Волк. Тот, кто отправляется иной мир, не может оставаться голым и безоружным. Он обязан забрать с собой хищную, грозную часть разума, выделенную из себя самого, чтобы не поддаваться страху, испугу и усталости. Она может выглядеть как финский нож, как покрытая магическими знаками кость или как меч. Но может – и как обрез.
Только на сей раз ничего подобного не произошло. Я не выстрелил в демона.
Я выстрелил в Патрицию. В ведьму, которая влюбила меня в себя и предала.
Пламя, вырвавшееся из обоих стволов, не превратило ее в облако, не всосалось в гильзы. Выстрел остановил ее в прыжке и свалил на спину.