Контракт на молчание

Когда Эперхарт с прилепленным к уху телефоном открывает мне дверь, судя по лицу, он подумал, что к нему явился борец-чемпион. Его брови ползут вверх при виде моего хиленького кулачка да тонкого запястья, открытого съехавшим широким рукавом халата.

— Это Коннор, и, если вы не возьмете трубку немедленно, он покончит жизнь самоубийством.

С такими заявлениями к Эперхарту девушки еще не приходили. Они вообще ни к кому с такими заявлениями не приходили, ну, судя по выражению на лице босса. Из моего телефона по громкой связи вырывается вереница непечатных выражений, героиней которых выступает, конечно, моя больная фантазия.

— Сибил, я перезвоню, — наконец выдает Эперхарт.

— Райан!..

Этот истерический крик, глохнущий под неумолимым нажатием пальца на красный кружок, будет греть мне душу до старости.

Я даже не сомневалась, что весь эфир приватизировала королева драмы.

— Коннор, надеюсь, тебе есть что сказать такого, о чем еще не поведала в красках Сибил. Еще одного из вас я не переслушаю, — говорит Эперхарт, отступая от дверей и кивая мне внутрь, чтобы проходила.

Я надеялась уйти, но едва ли разумно это делать без телефона. Во-первых, будет выглядеть как бегство. А во-вторых, позвонит мне такой Клинт за объяснениями, отчего интим прервался, а тут Эперхарт. Между прочим, тоже не очень-то одетый.

Шквал звонков обрушился на нашего CEO внезапно. В итоге запонки он снял, галстук развязал, рубашку начал расстегивать… и тут — бум! Не до переодеваний стало. Впервые вижу человека, который не стянул галстук вместе с узлом в надежде в следующий раз напялить обратно и подтянуть, а любовно развязал и… почему-то оставил на шее. Мой взгляд цепляется за галстук и там и застывает, потому что в лицо Эперхарту смотреть нельзя, в вырез расстегнутой почти до живота рубашки — тем более, ну а ниже вообще никогда смотреть не надо. В смысле, надо только с Клинтом. И если есть настроение. Короче, если раньше в Эперхарте только попадались небезопасные для меня территории, то теперь он весь — небезопасная территория, а я у него в люксе в банном халате поверх шелковой сорочки и без бюстгальтера. Не советую устраиваться работать в места типа «Айслекс», а то, не ровен час, обрадуешься, что трусы успел натянуть.

— Босс, — неожиданно деловито начинает Коннор. — Смотрите, мы первым делом пробили остатки и сроки новых поставок, соотнесли даты с контрактами. Под угрозой три ближайших: мой, Донахью и Сибил. И либо мы спасаем одну большую Канаду, либо два других проекта, но выгребаем со склада все до нуля и остаемся с пустыми руками минимум на месяц. Даже на внутренний эксперимент не хватит. Мне нужно знать, кто в приоритете, чтобы понимать, какую политику вести с заказчиками, я…

— Все бросаем на контракт Донахью, — легко решает босс.

— Что? — Коннор спрашивает это таким тоном, будто ему нож в спину вонзили. Вот сейчас он точно пойдет и повесится.