Электронная книга - «Особенные дети [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Предупреждения: BDSM, Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика, Секс с несовершеннолетними
- Эм, - решился я, - знаешь, я должен был тебе сказать раньше, но я не ем кашу. Никакую. Прости.
- А сегодня съешь, - обезоруживающе улыбнулся он.
- Э-э, я не могу.
- Можешь.
- Нет.
- Не советую спорить со мной с утра.
- Руслан, но я действительно не могу, - пытаюсь воззвать я к голосу разума.
- Нет такого слова «не могу», есть только «не хочу». Так что бери ложку и ешь кашу.
- Но зачем ты меня заставляешь? – было обидно и непонятно.
- Потому что никто тебя не заставляет ничего делать и это пагубно отражается на твоём воспитании? Потому что я хочу, чтобы ты съел эту чёртову кашу? Потому что это не самый плохой завтрак из возможных? Или ешь, или проваливай.
Я сидел поражённый его внезапным выпадом. Руслан слов на ветер не бросает. Он сидел ровно, ничем не выражая свою злость, разве что свою ложку погнул. Я набираю немного вязкой, остывшей массы и кладу в рот. Ничего не чувствую, кроме горечи. Он смотрит. Снова набираю каши и отправляю в рот. Меня сейчас стошнит. И я не вру. Под его пристальным взглядом съедаю ещё немного каши, давлюсь и срываюсь в туалет. Меня действительно тошнит. Этой мерзкой кашей. А Руслан равнодушно смотрит, прислонившись к стене. Я медленно чищу зубы. Плохое утро. Почему нельзя просто съесть бутерброд? Почему нужно устраивать из этого проблему?
- Успокоился? Пошли завтракать.
Мне показалось, что я ослышался. Не может он быть таким жестоким.
Меня усадили на стул. Тарелку с кашей забрали. А больше ничего и не было. Только остывший кофе.
- Ты, наверное, думаешь, что я монстр? – поинтересовался он, живо расправляясь со своей кашей. – Мне всё равно. У меня правило – на завтрак овсянка. Если тебя это не устраивает, то не оставайся на завтрак. Понятно? – я кисло кивнул. Он монстр. – Твои истерики меня тоже не устраивают. Или держи себя в руках, или до свидания. Дальше. Твои опоздания в школу. Я искренне надеюсь, что они прекратятся. Я серьёзно. Даниэль, надеюсь, что ты меня понимаешь. Твоя классная руководительница неоднократно жаловалась директору на это. Угадай, почему он до сих пор закрывает на это глаза?
Я-то догадался, но думал о другом: это нормально своего отца называть просто директор?
- Следующее. Я могу быть и нежным, но могу и иначе. Всё зависит от тебя. Когда мы вместе ты обязан выполнять всё, что я тебе скажу. Когда не вместе - тоже. Любое твоё непослушание и ты получаешь наказание. Так же напомню тебе ещё раз: если вдруг кто-либо узнает от тебя о наших отношениях, особенно твои друзья, то ты не просто пожалеешь, ты будешь жалеть об этом всю жизнь.
Нагнал на меня страху. Бесспорно. Мне как-то даже жить расхотелось. Если раньше моё будущее вызывало у меня бурю радужных эмоций, то теперь нет. И ведь я сам на это подписался.
- Мой взгляд на отношения может показаться тебе странным. Но ты в курсе, что делать?
- Знаешь, - осмелился я, - может ты мне ещё, и браслет на ногу наденешь? Чтобы знать, где я? Как полицейские, когда человек под арестом?
- А что тебе не понятно из моей предыдущей фразы? – неприятно улыбнулся Руслан на мой выпад.
- Всё понятно. Всё.
- Твой выбор.
- Ты делаешь всё, чтобы я ушёл.
- Ну что ты, малыш. Я ведь могу сделать ещё кое-что, чтобы ты не ушёл.
Очень быстро он оказывается рядом со мной, подхватывает меня, усаживает на столешницу и целует. Так сладко, так нежно, что голова идёт кругом.
- Ты очень быстро привыкнешь, Даниэль, будешь всё делать правильно и получать от этого удовольствие. Ты ведь этого и хочешь? Ты ведь уже его получаешь?
Он снова поцеловал меня. Сопротивляться было бесполезно. Я понял одно – больше моя жизнь не будет такой свободной.
После «завтрака» мы переместились в комнату. Руслан на диван. Меня же, в наказание, оставили сидеть у его ног, крепко связав руки выше локтя. Это вынуждало меня держать спину ровно, что собственно, обычному школьнику было непривычно. Очень быстро конечности затекли, и я стал елозить. Руслана это раздражало, и он отправил меня отбывать наказание на кухню. Весело-то как… Я вообще ничего не понимал в этой жизни. Что он добивается и зачем?
- Даниэль, - спустя бесконечность позвал он меня.
Ноутбук Руслан отложил, сидел на диване в вольной позе, и на его губах блуждала улыбка искусителя.