Из двух зол

Изнурительный поединок с Адрианом вымотал до предела. Казалось бы, единственное, чего должна была желать Варвара, это день, проведённый в горизонтальном положении. Но триумфальный исход сражения придал сил. Варя осталась в зимнем саду дожидаться, когда Эрвин явится на занятие. И только принц появился, с особым энтузиазмом взялась за тренерскую работу, право на которую отстояла в нелёгком бою.

Она безжалостно гоняла Эрвина. Придиралась к мелочам. Заставляла оттачивать приёмы до совершенства. А пока тот старательно выполнял задания, прокручивала в голове утренний поединок, чтобы ещё и ещё раз испытать удовольствие от победы, на которую по большому счёту не рассчитывала. Чувство эйфории вызывал не сам по себе выигранный бой, а то, что удалось сбить гонор с одного заносчивого красавчика, возомнившего, что он тут самый крутой и вправе принимать решения за брата.

Хотя надо отдать должное Адриану. Вёл себя благородно. Не нападал первым, держал шпагу опущенной вниз, не пытался с самого начала боя продемонстрировать всё своё мастерство. Сказать по правде, в тот момент Варя приняла такую манеру за элементарное надменное бахвальство, которое её очень разозлило, но теперь понимала: это была фора. Принц намеренно давал сопернице шанс на победу. И Варвара не преминула этим шансом воспользоваться.

– Молодец, Эрвин, – похвалила Варя, заметив, что приём, над которым работал подопечный, стал получаться довольно неплохо. – На сегодня достаточно.

Вообще-то, тренировку давно пора было заканчивать. Принц устал, просто валился с ног. Но Варя намеренно тянула. Хотела, чтобы физическая нагрузка помогла Эрвину расслабиться психологически. С утра он был сильно подавлен. Видимо, очень переживал из-за болезни матери. Варя даже не стала расспрашивать о её здоровье перед началом тренировки. Боялась расстроить Эрвина ещё больше. Но теперь решилась на вопрос:

– Как Рамнеза?

– Пока без изменений, – вздохнул принц.

– Сильно переживаешь? Крепись! Надо надеяться на лучшее.

– Надеюсь. Тем более, лечащий врач настроен оптимистично. В сегодняшнем утреннем отчёте написал, что состояние у королевы стабильное, и терапия должна вот-вот дать положительный результат.

– Наверно, тревожит что-то ещё? Утром ты был никакой.

– Винетта. Не видел её после поездки в городскую оранжерею. Похоже, до сих пор страдает от отравления Чукусами.

– Ну так навести её.

– Думаешь? Не знаю даже. Неудобно как-то.

– Глупости. Чего неудобного? Она будет тронута твоим вниманием. И, кстати, всё же поинтересуйся, для чего она срезала растения.

– Это не важно, – отмахнулся Эрвин.

– Не забывай, королеву отравили.

Принц округлил глаза. Варин намёк его сильно возмутил.

– Нет, я не подозреваю Винетту, – тут же поспешила успокоить Варвара. – Но вдруг кто-то ею манипулирует? У меня сложилось впечатление, что она легко поддаётся влиянию. Подозреваю, что Винетта следила за мной по поручению Адриана. Где гарантия, что девушку не использует кто-нибудь ещё? Для её же безопасности лучше выяснить что к чему.

Эрвин задумчиво кивнул.

После тренировки Варя направилась в апартаменты, заскочив по дороге на кухню. Попросила прислугу накрыть столик на двоих в одной из беседок парка. Собиралась предложить Неизуральдине небольшой совместный перекус. Как успела заметить, некоторые придворные дамы нередко устраивали чаепитие на свежем воздухе. Вот Варя и подумала: а чем они с Неизуральдиной хуже? Затея нравилась по двум причинам: во-первых, у Вари проснулся зверский аппетит, а во-вторых, хотелось поднять настроение соффе, которая, похоже, обиделась, что её не пригласили стать участником утреннего приключения. Сейчас Варвара даже жалела об этом. Пусть бы Неизуральдина поглядела, как ловко кое-кто переиграл «непобедимого» принца.

Соффа была обнаружена в своей комнате перед разложенным атласом Кресли. Она сидела на полу, скрестив ноги по-турецки, и напряжённо смотрела на картинки. При этом даже не развернула голову в сторону вошедшей Варвары. Ну, точно – обиделась.

– Нея, не желаете перекусить? Для нас накрыли столик в беседке, – сразу начала с приятной новости Варя.

Расчёт был на то, что какой бы оскорблённой не ощущала себя Неизуральдина, известие о предстоящем перекусе заставит её забыть обиды.

– Погоди, – ответила та, не отрывая взгляда от атласа.