Синдром разрушения [calibre 4.19.0]

Макс усмехнулся. Пока девушка промачивала платком новую кровь, что текла у него из носа, он прикрыл глаза. Голова, буквально, раскалывалась на две половины.

– Наверное этим рассказом, ты хотела до меня донести то, что Джер не виноват. И что я должен простить его. И через года два мы с ним вместе посмеемся над этой ситуацией за бутылкой пива.

Парень приоткрыл глаза, наблюдая за каменным выражением лица Адель. – Если хочешь – можешь за это стукнуть по лицу, я ведь для вас для всех тут как боксерская груша.

– Прекрати. – Холодно отчеканила девушка, импульсивно слишком резко вставая с кровати. – Никто здесь не желает тебе смерти.

– Спасибо. И прости меня. – Парень уткнулся в подушку. Дрожащие плечи донесли до Адель простую истину, которую она понимала и без всего этого. Иногда тяжесть пережитого ломает не только наше тело, но и наше сознание.

Девушка тяжело вздохнула, мягко поглаживала парня по плечам, чувствуя каждый всхлип, которые он так старался спрятать и сдержать все это время.

– Однажды я прочитала интересную фразу…И она осела у меня в голове. У одного автора в книге само время было интерпретировано под «ка». Забавно, но в его случае фраза о том, что время лечит принимало достаточно философскую и верную точку зрения. – Девушка помолчала, будто старалась понять, слушает ли ее парень или он занят переживанием своих страданий.

– Если я правильно понимаю тебя. Ты имела в виду то, что время «ка» лечит.

– Да, Макс…Именно это я и имела в виду.

Парень вздохнул, переворачиваясь на бок, и поджимая колени ближе к груди насколько это возможно. – Где чертов Ник. Я считал его подонком, но, кажется, все познается в сравнении.

– Хочешь пожаловаться? – Ухмыляясь проговорила девушка. Потом на ее лице застыла эмоция понимания. – Ты хотел отомстить? Ты так вел себя все это время из-за чувства солидарности перед Ником?

Макс лишь чуть улыбнулся на ее последнюю фразу. Девушка положила на его пылающее лицо компресс, который приятно пах и холодил кожу. Он ощущал себя лежащим в каком-то вакууме.

– Честно говоря, я вижу такое лютое избиение впервые в своей жизни. – Тихо проговорила девушка, аккуратно расстегивая толстовку парня. Адель все казалось, что в какой-то момент он вцепиться ей в руки, и попросит не трогать его, но Макс просто лежал с закрытыми глазами, с импровизированным компрессом, который девушка сделала спешно, и ей казалось это бестолковым поступком.

– Если тебе будет от этого легче, то я тоже впервые такое ощущаю. – Тихо прошептал парень. – А ему больнее, чем мне сейчас, да?

– Ты разбил зеркало кулаком? Что за тяга к стеклу у тебя?

– Так выглядит безнадежность. Но ему я глаза выкалывал не со зла.

– Думаешь, он понимает это? Думаешь, не таит обиду? – Адель чуть приостановилась, стараясь снимать футболку аккуратней. На молодом теле виднелись кровоподтеки, мелкие ссадины и синяки.

– Честно говоря, мне безумно жаль, что все вышло именно так. Я слышал, как он выл от боли в тот день. И это было настолько ужасно, насколько возможно.