Закат Российской Империи

Я голосую за первый вариант. Будем аккуратно убирать, пока всё не зачистим.

Решив, что время рассуждений закончилось, чеченец скользнул ближе к обнаруженным выродкам. Я с офицером — поспешил следом.

Станция по своей сути была управляющим узлом, откуда осуществлялся контроль за всей работой очистных сооружений. И соответственно через само здание, напоминающее со стороны бетонный бункер, проходило множество различных труб, отвечающих как за очистку воды, так и за контроль за загазованностью воздуха. Скопления опасных газов под землёй, взрывоопасность и прочие сопутствующие проблемы не оставались без внимания в довоенное время.

Не стоило оставлять их таковыми и сейчас.

Если бросить всё как есть, я уверен, что со временем это может привести к взрыву, который выльется в такие последствия, от которых нам всем станет солоно. Транспортный узел, единственный островок условной безопасности в этом аду, может стать непригодным для обитания по тысяче причин. И наша задача — сузить круг этих причин до минимально возможного.

Коммуникации, уходящие из крыши к потолку уровня, позволили подобраться к спящим выродкам незамеченными. Прячась за укрытиями перед финальным рывком Борз, обратился ко мне:

Дед подстрахуй, налетим вместе, убери правого ударом в голову. Я заберу остальных. Справишься?

Я кивнул:

Справлюсь.

Следующие секунды запомнились мне рваными кадрами…

Снайпер рванулся вперёд гибкой молнией на ходу разжигая плазменную дугу на лезвии своего тесака. Я преследовал его тёмной, шумно сопящей тенью, и мне показалось, что мы врезались в тройку выродков двумя пушечными ядрами.

Один из изменённых людей что-то услышал и раскрыв сонные глаза взглянул прямо на меня, как-то резко и болезненно дёрнув плечом. Но прежде, чем на его оплывшей морде появилось осознанное выражение, клинок Борза рассёк его наискось.

С моим проблем не возникло.

Штык-нож был предназначен в большей степени для колющих ударов, ухватистый и тяжёлый он вошёл в нижнюю челюсть закреплённого за мной чудовища за мгновение до того, как я врезался в него телом и повалил на землю.

Не испытывая уверенности в том, что удар был смертельным, позволив страху и брезгливости повлиять на свои действия, я буквально разрезал челюсть и лицевые кости пользуясь ножом так, словно он был открывашкой вспарывающей крышку консервы.

Глаз монстра лопнул, а вскипевшие соки и дым от опалённой плоти рванулись сквозь рану наружу, пачкая моё забрало тёмными, мелкими брызгами.

Когда агонизирующее тело, прижатое моим весом к земле, дёрнулось в последней судороге, меня едва не вырвало прямо в маску.

Снайпер сработал куда чище. Вскакивая на ноги, я увидел два трупа лежащих друг на друге и переведя взгляд на Борза стряхивающего с клинка капли крови — похолодел. Прямо за ним, из узкого закутка между двумя трубами, незамеченной поднялась сонная тварь.