Похищенная невеста Братвы [ЛП]

Он кивает, и я печально качаю головой.

— Мне очень жаль, Николай. Мне действительно очень жаль.

— Тебе не за что извиняться, — тихо рычит он.

— Мне следовало убить его много лет назад. Мне следовало убить его, когда я был мальчиком, прежде чем он смог… — Я закрываю глаза. Я делаю вдох и крепко сжимаю руку Зои. Затем я снова открываю глаза.

И теперь я знаю, что действительно смотрю на своего брата.

— Итак, мы братья.

Николай смотрит вниз.

— Лев, я… я предал тебя.

Я пожимаю плечами.

— Ты сделал это, но я понимаю почему.

— Я уже год работаю”двойным агентом " Федора. — Он хмурится. — Я никогда не давал ему дерьма о бизнесе или интересах Кащенко. Ничего о наших людях или обо всем, что могло бы…

— Николай, — рычу я и криво улыбаюсь. — Я верю тебе.

— Я не хотел бросать тебя, чувак. Совсем не так. Но Федор был там, когда вы звонили по поводу хижины. Он знал, что это ты, и я не мог упустить свой шанс для него, замолчав. — Он ухмыляется. — Черт возьми, я знал, что ты можешь взять того, кого он послал, — усмехается он.

Я закатываю глаза.

— Там их было десять, блядь.

— Ну, девять. Одним из них был я. Я пришел убедиться, что они не причинят ей вреда, — он кивает на Зои, и я киваю.

— Это кое-что значит.

Он морщится и указывает на свой окровавленный нос.

— Ты сломал мне нос, если это еще какое-то утешение.

— О, это так.

Он усмехается, и мы смотрим друг на друга долгую минуту, пока, наконец, я не качаю головой.

— Иди сюда, ты, тупой ублюдок.

Я хватаю его и заключаю в крепкие объятия. Николай секунду колеблется, но потом крепко обнимает меня в ответ. Когда мы отъезжаем, он улыбается мне.

— Братья, да?

— Очевидно.

— Послушай, если ты надеялся…

— Ничего страшного, что это был ты, — рычу я. — Я ношу его шрамы, но это ничто по сравнению с твоей болью. Он был твоим, чтобы усмирить его, и нам не нужно никогда это переделывать.

Николай — мой сводный брат — кивает.

— Спасибо тебе, Лев. — Но потом он ухмыляется и поворачивается, чтобы кивнуть на тело Федора на земле. — Ну, это должно значительно облегчить покупки на День отца.

— Иисус, — стонет Зои, когда я хихикаю. Я поворачиваюсь, чтобы заключить ее в объятия, прежде чем протягиваю одну Николаю.

— У нас все хорошо. Я… — Я пожимаю плечами, — я не знаю. Я прощаю тебе твое дерьмо.

Он ухмыляется.

— Спасибо, чувак. Послушайте, я не хочу, чтобы это что-то меняло в моем месте в организации. Я не хочу никаких особых…

Я начинаю смеяться.

— Ты беспокоишься о повышении по службе?

Он хмурится.

— Нет, я просто имею в виду…

— Николай, у меня есть… напомни, сколько тебе лет?

— Двадцать шесть?

Я ухмыляюсь.

— У меня есть двадцать шесть лет дерьма про старшего брата, чтобы навязать тебе. Ты понятия не имеешь, какую чушь я собираюсь заставить тебя делать в течение следующего года.

Он смеется и кивает головой.

— Достаточно справедливо.

На другой стороне склада Олег и его люди распахивают двери "Бентли" и вытаскивают из него Марвина, Чета и отца Зои. Я поворачиваюсь к Николаю.