Собиратель Сухоруков

Вапачиро подскочил ко мне и что-то кричал прямо в лицо, а я не слышал, как будто, обмотанный десятью слоями ваты. Обреченность придавила меня. На Излучное двигалась армада: сотни и сотни врагов. И нет никакой возможности им противостоять. Не знаю кто это: злобные пурепеча, загадочные теночки… или еще какое племя. Наверное, прослышали о стекле – хотя, какая разница! Какая разница, из-за чего нас всех сейчас перебьют.

Всё насмарку. Всё, что строил, планировал.

– Как же глупо, – шептал я чуть слышно. – Как всё бессмысленно.

Тихий скулящий голосок в голове нашептывал, что, может быть, обойдется, что вдруг вся эта толпа плывет по своим делам и пройдет мимо. Глупые надежды ребенка в темной комнате, натянувшего одеяло и надеющегося, что так бабайка не сможет его съесть. Зачем плыть мимо, когда можно разграбить лежащее на пути жирное и сытное селение?

Вокруг меня накопилась уже целая толпа взволнованных людей, которые смотрели на меня, ждали приказов, чудесного спасения – а я стоял также недвижимо с безвольно висящими руками.

«Да очнись же ты, император х**в!!!» – заорал в моей голове Змей. Заорал так, что зазвенело в голове. Или это звон от хлесткой пощечины, которую мне залепил Вапачиро?

– Стража! – хрипло выкрикнул я, и пятерка золотых выросла рядом. – Ты – бегом в Аграбу! Всех воинов сюда. Всех кто есть! Ты – бегом в дом Носача к дежурным, пусть трубят тревогу, не останавливаясь! Остальные: обходите дома и всех посылайте в крепость. Ничего не брать, не задерживаться ни одного лишнего вдоха! Только люди.

Люди. Надо спасать людей. Всё отстроим, всё засеем, лишь бы люди выжили.

Я оглянулся. Разбежались все, кто был рядом. «Штатские» начали проводить эвакуацию без приказа. Мы с Вапачиро подошли к самой воде.

– Сколько их, Серый?

– Я не рассмотрел владыка. С реки не видно всех лодок не разгадеть. Но там точно сидят воины. Много.

Я с легким ужасом смотрел на мельтешащее варево черных пятен, которые с неспешностью слизняка тянулись прямо ко мне. До Излучного им осталось меньше получаса. Заметно меньше. За спиной, в селении, плавно нарастал шум паники: крики, споры, беготня, плач. Загудела раковина, усиливая гнетущее состояние. Казалось, прошло бесконечное количество времени, пока, наконец, я не услышал твердый топот десятков сильных ног – подошли воины. Всё это время я стоял по колено в воде и не мог оторвать взгляда от приближающейся армады. Уже были различимы отдельные люди, сидевшие в лодках. С копьями, щитами, маками, топорами.

Завидев приближающихся золотых и черных, я почувствовал предательскую слабину в ногах. Труднообъяснимое чувство, словно, старший брат вышел во двор, где все тебя обижают. Так захотелось спрятаться за их спинами.

Зарядив себе мысленно вторую пощечину, я выбежал из воды и двинулся к своим генералам.