Вместо тебя

– Почему нет? – ответила Совушке назло Киану. – Собирайся.

– Риания, – прошипел муж.

– Ты хочешь оставить меня без тех, к кому я привыкла? Чем слуги Вааста лучше, чем в Санарии? Да и Совушка знает, что я люблю, какие платья ношу, какие прически.

– Хорошо, – сдался принц. – Пусть едет.

Я лучезарно улыбнулась. Эх, не понять Киану русский дух противоречия! Дело было, конечно, не в Совушке, хоть я и правда привыкла к расторопной служанке. Просто хотелось посмотреть, готов ли Киан идти на уступки. Да и иметь под рукой доверенное лицо еще никому не помешало.

Не ко времени вспомнила о томившемся в темнице виконте. Дождалась, пока Совушка упорхнет собирать скромные пожитки, и спросила:

– Киан, а что делать с Раселем? Оставим в темнице?

– Предлагаешь отпустить? – мигом нахмурился принц.

– Мне все равно. Поступай, как знаешь.

Похоже, такой ответ Кианэла устроил, потому что его лицо мигом просветлело.

– Прикажу освободить его, как только мы уедем, – сказал принц. – Такой вариант тебя устроит?

– Более чем. Не хотелось бы, чтобы из-за меня кто-то страдал. Может, у них с Рианией действительно были какие-то отношения. Жаль бедолагу.

– Всех-то тебе жаль, – вздохнул Кианэл.

Я пожала плечами. Наверное, обострилась сентиментальность в преддверии отъезда. Расставаться всегда тяжело. Тем более, меня вырвали из родного мира, и этот дворец на какое-то время заменил дом.

– Пора, – сказал Киан.

– Да, – кивнула я. – Идем.

Накинула на плечи теплую шаль и поспешила за мужем. Когда закрывала дверь, почудилось, что в комнате что-то упало. Заглянула внутрь – ничего. Хм, странно. Показалось? Но раздумывать было некогда. Мы спустились по лестнице. У парадного входа ждала карета с гербами Вааста. Слуги и приближенные Киана должны были выехать чуть позднее. Во главе провожавших стоял король-отец. Он поджал губы и хмуро смотрел на меня.

– Доброго пути, дочь моя, – обратился сухим, надтреснутым голосом.

– Благодарю, батюшка, – склонила голову.

Король порывисто обнял меня, и на мгновение услышала, как быстро колотится его сердце. Запоздало кольнула совесть: я – не его дочь, и не заслуживаю такой любви. Но Киан не дал мне времени на раздумья. Он сухо попрощался с королем, и мы сели в карету. Раздался свист кнута и окрик кучера. Лошади рванули вперед, оставляя за моей спиной королевский дворец Санарии.

Настроение стремительно ухудшалось. Позитивного градуса не добавлял даже великолепный пейзаж, окутавший нас, стоило покинуть бурлящий город. Горные пики устремлялись ввысь, норовя достать до неба. Белоснежные и величественные, они напоминали статуи античных богов. В любое другое время я бы попросила остановить карету и хотя бы несколько мгновений насладилась красотой открывшегося вида. Но сейчас любоваться не хотелось. Я опустила голову на плечо Киана и закрыла глаза.

– Тебе нехорошо? – сразу оживился муж. – Сильно трясет?

– Всё в порядке, – поспешила его успокоить. – Просто грустно. Чувствую себя перекати-полем.