ИЗБРАННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ В ОДНОМ ТОМЕ

— И видел новости.

— Значит, вы знаете об Оушн-Пойнт?

Ротштайн проигнорировал вопрос.

— Детектив, когда была убита первая семья, Росы, вы ведь вошли в дом, так?

Джек знал, куда клонит психиатр.

— Когда вы увидели мистера Роса, лежащего связанным на кровати, когда увидели, что случилось с его семьей, какой была ваша реакция? — спросил Ротштайн.

— Я был ошеломлен.

Выражение лица Ротштайна оставалось вежливым.

— Значит, вы не испытали посттравматического синдрома?

Джек сохранял безразличное выражение лица.

— Это застало меня врасплох.

— Принимая во внимание вашу историю, детектив Кейси, я думаю, что та ситуация подействовала на вас сильнее. — Ротштайн внимательно посмотрел на него. — Вы взрослый человек, и вы не смогли осознать это. Взгляните на ситуацию с точки зрения десятилетнего мальчика.

— Он знает, что случилось с его родителями?

— Он… Точнее всего было бы сказать, что он смутно осознает это. Но он не воспринял реальность этого, он также не знает подробностей их смерти. С ним его бабушка, он окружен вниманием медсестер, он под капельницей, его наблюдает психиатр, а сейчас его лечащий врач пришел его проведать. Он умный мальчик. Он понимает, что что-то происходит. Он напуган до смерти.

— Он знает, что был в отключке шесть дней?

— Нет. Представьте, что это может сделать с ним. — Ротштайн покачал головой. — Ответ «нет». Мне очень жаль, джентльмены.

Джек мог понять позицию доктора, его желание защитить десятилетнего мальчика. Но благие намерения не смогут спасти Эрика от Песочного человека или Алана Линча и его команды федеральных агентов. Как только Алан узнает о состоянии мальчика, никаких вежливых разговоров не будет. Алан подомнет Ротштайна и возьмет то, что ему нужно. Джек вспомнил о планах Алана по поводу Тейлор и Рейчел. Будущее Эрика было бы не лучше.

Джек уже успел подумать об этом, и у него был план.

Второй тактический ход.

— Вы в курсе, что ваш пациент видел лицо человека, который убил три семьи?

— Да, я знаю. Однако моя позиция непоколебима.

— Значит, вы понимаете, что обрекли его на смерть?

Ротштайн удивленно посмотрел на него.

— Простите?

— Видите вон тот пакет на кровати у вас за спиной? На нем еще имя Эрика написано.

— А что с ним?

— Это бомба.

Ротштайн побледнел. Его глаза широко раскрылись.

— Я думаю, там С-4, — продолжал Джек. — Вы знакомы с взрывчатыми веществами, доктор?

— Нет.

— Эрик открывает этот пакет, и всех, кто окажется в тот момент в больнице, будут потом собирать щипцами. Это незабываемое зрелище. Этим летом я видел такое дважды.

— Тогда хорошо, что вы его перехватили, — сказал Ротштайн и посмотрел на Джека, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица.

— На этот раз. Песочный человек ждет, что эта бомба взорвется. Когда этого не случится, он пошлет по почте еще одну или выкинет финт поумнее. Он очень находчив. Вы читали в газетах о камере слежения, которую он превратил в бомбу, использовав обычный пейджер? Что он может взорвать бомбу с помощью телефонного звонка? Возможно, на этот раз он устроит что-то другое, вроде взрыва бомбы в вестибюле. Откуда мне знать, возможно, он сейчас снаружи вместе с репортерами. Может быть, в этой комнате установлены «жучки», и он слушает нас.