Байкерша на каникулах

Надрывно требуя от Женьки помощи, чувствовала, как меня трясёт от ужаса.

Ермолин кинулся к воде.

– Серафима! Успокойся! – потребовала Маша, шлёпнув меня по плечу. – Они скоро будут здесь. Смотри. Твой герой и сам справился! – Маша поспешила ребятам навстречу, а у меня ноги отказывались идти.

Повернувшись обратно в сторону моря, выдохнула расслабленно.

«Он живой...» – медленно осев на песок, с удивлением поняла, что плачу. Не заметила даже, когда успела!

Ермолину не пришлось раздеваться и нырять. Он встретил Дениса с девочкой на руках по пути к пострадавшим – вода едва дошла парню до пояса.

– Спасибо! Спасибо! – рыдала мама Лены, так же сидящая на песке, как и я. – Господи! Как хорошо, что вы оказались рядом!!!

Отец девочки, находящийся в ужасе даже больше матери, просто открывал и закрывал рот, хлопая красными от слёз и приличной дозы алкоголя, явно выветрившегося от произошедших событий.

Никогда раньше не осуждая людей, ведь такое с каждым может случиться, сейчас этого мужика ненавидела… особенно, когда увидела, как бок Дениса сильно содран, полностью разукрасив рёбра с одной стороны в красный цвет.

Под коленями ёкнуло.

«Хорошо, что я сижу...»

У меня было одно желание, перекрывающее все мысли, доводы и чувства. Я хотела обнять своего парфюмера, убедиться, что с ним всё в порядке… и просто успокоиться.

Уткнувшись лицом в ветровку Дениса, разревелась в голос.

Так, тихо всхлипывая, не заметила, как ребята подошли ко мне.

– Вызвездился! – буркнул Жека. – Герой! Ты мне скажи, что у тебя с бочиной? Ты там на пару белых акул наткнулся что ли?

– В Чёрном море нет белых акул, умник! Надо было учить лучше природоведение в третьем классе. Это же азы о родном крае!

– Это когда было?! Я там помню! – прислушиваясь к голосам мальчиков, постепенно успокаивалась. – Алфавит не забыл – уже дело!

Медленно вдохнув ещё раз лимон с мятой, подняла лицо от чужой куртки.

– Дурище, – фыркнул Дэн, насмешливо ткнув друга, прежде чем повернуться ко мне.

Его бок был уже залит кровью.

Слёзы опять предательски повисли на ресницах.

– Оу! А кто тут плачет? – теперь Ермолин получил тычок от Мани, которая понятливо отодвинула его в сторону.

– Тебе плохо? – присел рядом Денис, настороженно придвигаясь.

– А тебе? – всхлипнула неожиданно для себя, сжимая ветровку ещё сильнее.

– Всё нормально. Немножко о камни только ударился по касательной.

«Ни хрена себе "немножко"!»

– Я думала – ты утонул… – слёзы предательски выкатились из глаз.

– Нееееет, – ласково пропел Соколовский, быстро вытирая солёные дорожки с моих щёк. – Это я голову включил просто. Конечно, шторм бывает разный, но обычно, когда на поверхности водной глади бушует стихия, на дне – сравнительный покой. Я нырнул под воду, быстро сократил дистанцию до девочки и, уже с Леной, выгреб на берег. Не плачь. Всё обошлось. Заживёт, как на собаке. Иди сюда…

Сопротивляться молодому мужчине, легко сгрёбшему меня в свои объятия, у меня даже мысли не возникло.