Мир снов

Изнутри замок был так же мрачен, как и снаружи. Стены из грубого черного камня, узкие окна, в которые проходило мало света, массивная мебель, отсутствие хоть каких-нибудь милых безделушек или других вещей, создающих уют (не было даже занавесок на окнах, ковров или ваз на столиках).

Амор проводил меня в просторную комнату с длинным столом, уставленным тарелками и бокалами, и провозгласил:

— Малая столовая.

Дверь за нами закрылась, и мы с принцем остались одни. Лиминату я уже давно потеряла из виду; а сейчас я была бы рада даже ее обществу, — лишь бы не присутствию рядом одного лишь Амора. По спине пробежал неприятный холодок. Принц старался казаться учтивым, — но от него веяло безразличием, а не сочувствием.

— Садитесь, леди Илона, — предложил Сумеречный принц, отодвигая один из стульев. Я проигнорировала его жест и самостоятельно отодвинула другой. Амор хмыкнул, но ничего не сказал.

— Блюда не отравлены? — как можно более высокомерным тоном поинтересовалась я. Но бурлящие ранее внутри меня возмущение и ярость уже почти сошли на нет, и вновь я испытывала смесь смятения и страха перед будущим.

— Вы уже научились распознавать яд Черной горгульи — очень редкий талант, между прочим, — развел руками принц. — К тому же — зачем мне травить будущую правительницу нашего королевства и собственную невесту?

— Я вам никакая не невеста, — отрезала я, сложив руки на груди и стараясь игнорировать настойчивое урчание в животе. — И никогда ей не буду.

 — Никогда — слишком веское, категоричное слово, не стоит им разбрасываться, — голос принца стал мягче и ласковей. — Прошу вас, приступайте к трапезе.

Я бросила быстрый взгляд на собеседника, на ближайшее блюдо, — и все-таки решила поесть. И правда: если я заморю себя голодом, — легче от этого никому не станет.

Блюда были восхитительны, хотя я едва различала их вкус. Амор сел напротив меня, наполнил наши кубки красным вином.

— Прошу вас, леди Илона, выпьете со мной? — он протянул один из серебряных сосудов мне.

— Поставьте на стол, я сама возьму. — Мне не хотелось касаться даже пальцев принца.

Он усмехнулся, но отнюдь не сердито и даже не насмешливо, — скорее как-то грустно.

— Извольте.

И поставил кубок на стол передо мной.

Я хлебнула вина для уверенности и поинтересовалась:

— Если я откажусь стать вашей женой и правительницей Сумеречных земель, что со мной сделают? Убьют? Станут пытать?

— Помилуйте! За кого вы нас держите? — развел руками принц. — Никто в этом замке — да и во всем королевстве — не причинит вам зла, клянусь. Каким бы ни было ваше решение.

— И вы отпустите меня домой? — недоверчиво усмехнулась я, продолжая пить вино. В желудке стало горячо, голова закружилась. Зато страх притупился, и мне стало немного легче. Я сделала еще несколько глотков.