И Х. Книга восьмая (СИ)
- Автор: Свадковский Алексей Рудольфович
- Серия: Игра Хаоса #8
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «И Х. Книга восьмая (СИ)». Краткое содержание книги:
Если он сейчас прорвется, уйдет. Потом вернется, найдет истинного виновника. Докажет его причастность… Все перечисленное уже звучит нереально. А как дальше жить, зная, что убил или покалечил ни в чем не виновных членов прайда?! Ему не простят, даже если примут его правоту. И он сам себе не простит. Никогда.
Отчаянный прыжок с обрыва. Снова бег с неестественно вывернутой лапой. Вернее, попытки брести хоть куда-то. А он так надеялся разбиться! Чтобы никому из мелких не пришлось пачкать свои руки в его крови и просыпаться потом от кошмаров по ночам.
Врата. Куда бы они ни вели, что бы ни ждало за ними, пусть даже мученья и смерть — он сделает это ради них…
Дротик, короткое самодельное копье, просвистело мимо плеча и расщепилось на части, ударившись о камень. Сильные, сволочи! Когда только время нашли поделками заниматься?
Пригнуться под хлестнувшей над головой веткой, ухватиться когтями за шершавый ствол, резко меняя направление бега. Толчок и короткий полет над оврагом. Хвост мазнул по колючим кустам в низине, оставив на шипах клочки шерсти — а вот продирайтесь теперь сквозь них или обходите вокруг, увальни!
Рык и улюлюканье раздались с правого бока — зашли с другой стороны, когда он огибал бурелом. Ничего, впереди открытая поляна, оторвется.
Тело, усиленное сферами и вылепленное многолетними тренировками, пело, радуясь привычным нагрузкам. Главное было не запалить себя, не выкладываться полностью, распределив силы так, чтобы хватило надолго.
Приветливый сумрак кромки деревьев приближался, густые кусты позволят резко сменить направление: можно будет рвануть вправо — этого от него не ждут — и пойти наискось…
Резкий удар выбил искры из глаз и опустил тьму на яркий полдень.
Граница Осколка! Как же он так просчитался?!
Тяжело тряся головой, он с трудом поднялся на ноги. Его окружили полукругом, выкрикивая оскорбления и ругательства. Опять. А он не может ни уйти, ни призвать Активатор — тут же сгорит в огне, нарушив клятву.
С трудом подволакивая ногу, придерживая более-менее здоровой лапой другую, выдернутую из сустава и болтающуюся безвольной тряпкой, он кое-как вышел из леса.
На поясе, надетые ушками на веревку, болтались четырнадцать охотничьих ножей. Не хватало лишь одного — последний из охотников, самый старший из всех, плюнув, развернулся и ушел. Медж всю дорогу ждал нападения: было бы логично взять его в последний день, измученного голодом и воспалившимися ранами, ведь про регенерацию Игроков они вряд ли знают. Но нападения так и не последовало.
На лугу пусто. Почти. Участников испытания ждали старый жрец с двумя помощниками и вождь, большой бородатый дядька, поперек себя шире. Только драться с ним не хотелось.
У кромки леса, в ожидании окончания пятых суток, сидели несколько страдальцев. Куда делись остальные кандидаты, было неясно. Сломанные руки, разбитые носы и исполосованные ножом тела. У одного поврежден позвоночник — товарищи принесли его на волокуше. А вот не надо было оборачиваться в медведя! У него не оставалось выбора, кроме как схватить отобранный в предыдущих поединках посох и пойти обниматься…
— Нож! — нетерпеливый голос старца был сух, как ветер пустыни, как сушь у него во рту.
Отдав ножик, Медж с равнодушным смирением наблюдал за жрецом, чуть ли не обнюхивающим мутный белесый камешек в рукояти. Старик и не ведал, что прямо сейчас держал в руках истончившуюся нить его жизни. Одно слово и…
— На тебе нет крови.
«Мда? А это тогда что?»
— Ты не взял ни одной жизни. Поэтому можешь предъявить завоеванные трофеи. Мы решим, достойно ли ты их получил.
«Керр, самка с-собаки! А об этом ты меня не предупредил! Что убивать не просто не обязательно, а именно нельзя. Гад!.. Или он и сам не знал? С местных станется…»
Наверное, он отвлекся: все эти расспросы других участников, заумные рассуждения о чести и допустимых приемах… Вернул его к реальности браслет, с размаху врезавшийся в грудь. Зелено-коричневые невзрачные камешки, пойди найди их в траве. А нагибаться-то как не хочется… Услышав отчаянный вскрик, краем уха выцепил фразу жреца, небрежно кинутую переломанному юноше:
— А ты больше не приходи, раз выпустил зверя в священном лесу.
Злорадство придало сил…
Выпив зелья регенерации и лечения, он уже призывал Компас, чтобы свалить отсюда, когда Керр, получивший свой проклятый браслет, окликнул его:
— Ты так и не рассказал, что в этом лесу интересного есть?
— Медведи.
Глава 16
Оранжевый сектор, система Камо, планета Регия
Глухой сухой кашель сотрясает все тело, не давая вдохнуть. Кажется, что через мгновение остатки легких просто будут выплюнуты во время очередной попытки глотнуть воздуха. Наконец приступ заканчивается, и Стэр, тяжело дыша, несколько минут просто бездумно смотрит в потолок.
Отдышавшись и набравшись мужества, он глянул на свою ладонь: помимо следов мокроты на ней отчетливо виднелись сгустки крови. В уставшем разуме мелькнула мысль, что нужно поменять фильтры в системе вентиляции. Видимо, боевые газы, примененные пару дней назад Пектранцами, начали просачиваться внутрь. А, впрочем, зачем? Он устало махнул рукой: так даже лучше — быстрее все кончится. Он трус, ведь так и не собрался с духом пустить себе пулю в висок. Пистолет, матово блестя, все это время лежал на пульте, словно призывая. Манил обещанием быстрого конца.
Но Стэр тянул. Зачем, для чего, он и сам не знал. Разум упорно подсказывал, что выхода нет и смерть — единственное спасение, которым уже воспользовались семеро его товарищей и сейчас их тела спокойно лежали в хозкомнате. Лучше так, чем сдохнуть, выплевывая свои легкие. Немногим лучше будет и смерть от лучевой болезни. Или от боевых вирусов. Пектранцы не пожалели самых разных средств, чтобы надежно накрыть весь этот район — ведь здесь были сосредоточены ракетные шахты Северного Союза. Противникам, правда, этот маневр не особенно помог: защита выдержала нападение, дав дежурной смене необходимое время. Соответствующие команды были отданы, и последовал ответный удар по врагу. И теперь они все, операторы и охрана комплексов, — лишь отработанный материал, выполнивший свою миссию.
Глупо это все. Стэр перевел взгляд на небольшую фотографию своей семьи. Улыбающаяся жена, дочь, крохотный сын, которого любимая держит на руках. Пожалуй, только их образы до сих пор не отпустили его, крепко вцепившись в душу, не позволяя нажать на курок. Заскорузлыми от мокроты и крови пальцами он провел по фото, на краткий миг представив, что это лицо жены.
Они должны были успеть. Еще за неделю до того, как все началось, он сумел дозвониться до них и сказал Маришке, чтобы она вместе с детьми перебралась в убежище и не покидала его. А ведь никто не верил, что они ударят, что в этот раз все будет по-настоящему. Стычки, приграничные перестрелки — все это было раньше, и не раз. Но Большая война… В это до конца никто не мог поверить.
Громкий визг, раздавшийся откуда-то снизу, заставил солдата выронить фото. Несколько секунд его разум не мог понять, что происходит, но визг не прекращался, все нарастая и буквально терзая уши.
Что это, побочное действие газа? Или пектранцы непонятно зачем все-таки решили их добить, использовав какое-то ультразвуковое оружие? Звук шел со стороны генераторной, расположенной на третьем этаже бункера. Визг нарастал, словно огромная буровая коронка сейчас прогрызла себе путь сквозь скалу, в которой было спрятано их убежище.
Проклятые пектранцы, могли бы немного подождать, пока он умрет сам! Стэр нехотя встал со своего стула, подхватил по дороге пистолет, все так же лежащий на пульте. Ноги слушались с трудом, но он все-таки заставил себя шагнуть по направлению к двери, ведущей вниз. Интересно, и зачем этим проклятым ублюдкам понадобился их пункт, и что они там придумали? Единственное, что приходило на ум, это какие-нибудь аппараты подземного бурения, сумевшие прорыться к бункеру снизу. Только вот убедительных причин тратить врагу столько сил на их теперь уже бесполезный пункт воспаленное сознание найти не могло.
Шаг, еще один, мужчина с трудом дошел до стальной двери, ведущей к проходу на нижние уровни. А когда он вспомнил о крутой винтовой лестнице, при помощи которой ныне мертвые обитатели бункера и перемещались между этажами, он был почти готов сдаться и позволить серокожим уродам делать все, что они хотят. Но долг и, чего уж греха таить, любопытство заставили его сначала повернуть рычаг, открывая проход, а затем, с трудом передвигая ноги, начать спускаться вниз.