Саит

— Ты в России был раньше? — выбрасываю стаканчик, следом за моим в мусорный бак летит еще один.

— В Москве, но вот чтобы так, — выразительно обводит глазами зал ожидания, — никогда.

— Тебя отец не привозил на историческую родину?

— Не считал нужным, меня мама привозила в Москву, именно она настояла на том, чтобы я выучил русский язык. Правда, от двойняшек мама отстала, они этот язык не знают, хотя Алия может позже и выучит. Она планирует быть переводчиком.

— У тебя сестра? — теперь, когда я знаю его фамилию, чей он сын, хочется о Саите узнать, как можно больше личной информации. Утолить любопытство.

— У меня две сестры и пять братьев.

— Пять? — удивленно вскидываю брови, припоминая двух мужчин, которые были с Саидом Каюмом, когда состоялась моя помолвка. — Кажется я двоих видела.

— Скорей всего это были Али и Азамат. Они как правая и левая рука отца, всегда вместе, всегда рядом.

— А ты его сердце?

— Не знаю, — пожимает плечами, отводит глаза в сторону, но я успеваю заметить в них странную тоску. — Он слишком сдержан на чувства, никогда не поймешь, любит тебя или игнорит.

— Я думаю, что тебя любят, иначе бы твой отей не прилетел в Россию, ради твоей прихоти.

— Не думаю, — хмыкает, рассматривая свои ногти. — Без выгоды Саид Каюм и пальцем не пошевелит.

— Какая выгода во мне?

— Семья, дети должны по мнению отца меня остепенить и прибавить ума, — озорные огоньки в голубых глазах подсказывают мне, что никакая семья не остепенит этого товарища, если он сам этого не захочет. Я улыбаюсь, протягиваю руку и взъерошиваю его волосы.

— Дурак ты, — смеюсь, Саит ловит мою руки и дергает на себя.

Я упираюсь свободной ладонью ему в грудь и сглатываю. Выброс ночного адреналина, недосып сейчас смешивается с внезапным утренним возбуждением, которое возникает стоит мне только теснее прижаться к Саиту. Мы смотрим друг другу в глаза, не замечает ожидающих пассажиров, не слышим голоса из громкоговорителя, теряемся в пространстве, растворяясь друг в друге одним взглядом.

— Пассажиры… рейса… Нальчик… — обрывки голосового объявления оглушают нас, что мы некоторое время не понимающе смотрим по сторонам, только с третьего раза доходит, что посадка на наш рейс подходит к концу. Срываемся с места, со смехом, держась за руки, как влюбленные, несемся к нужному автобусу.

— Опаздываете, молодежь! — бурчит водитель-контроллер, проверяя наши билеты.

— Не услышали с первого раза, — извиняюсь за наше опоздание, широко улыбаясь, оглянувшись на Саита. Он крепко сжимает мою ладонь, так сильно, словно боится, что я выдерну руку и сбегу от него.

— Бывает. Проходите на свои места, — в карих глазах понимание, добродушно хмыкает, я взбегаю по ступенькам, Саит следом.

— Ехать нам недолго, — шепчу на ушко, прижимаясь как можно теснее к крепкому телу. Не знаю, сколько впереди у нас совместных дней-ночей, но мы их проведем так, словно завтра никогда не наступит.