Обмененные души

— Знаю, — улыбнулся Жаргал, — Ольга рассказывала, что ты не стала таскаться за принцем, как все остальные девушки, как только стало ясно, что он тебя не любит. Мне понравилась твоя гордость.

— Какая же тут гордость, если я позорно сбежала в другой мир, — тихо вздохнула Филис.

— Ты жалеешь?

— Жалела с первого же мгновения. И до того, как поняла, что выбрана тобой. Сейчас — нет. Только чувствую вину перед Ольгой.

— Не нужно. Она там счастлива. Помолвку расторгла, учится, будет наверное придворным магом вместо меня. С принцем твоим у неё любовь. Взаимная.

— Что? — поразилась Филис, — Винсент её любит? А он знает, что она — это не я?

— Знает. Можешь не сомневаться — он полюбил именно Ольгу, а его чувства к тебе ты определила правильно. Тогда, когда решила уйти. И, кстати, я тоже собственник. Моя женщина…

— Только твоя. Навсегда.

Когда за пределами юрты стали покашливать два человека, Филис лишь мельком отметила эти мешающие звуки. Отвлекающие от того, что было важным здесь и сейчас. Но когда этот дуэт пополнился новыми "сокашлянниками" и превратился в целый хор, её вдруг осенило — это же люди здесь таким образом "стучатся" в юрту!

Она вскинулась и посмотрела на Жаргала. Тот лежал, посмеиваясь.

— Нужно вставать, — сказала она, — к нам пришли.

— Если ты готова подняться, можем впустить гостей.

— Я сейчас! Оденусь только.

Когда Филис была одета, причёсана и чинно усажена в кресле, Жаргал раскрыл дверь юрты. Посетить его после окончания наадама захотели многие. Чиновники из города Улиастай, организаторы прошедшего праздника, просто авторитетные люди, приятель, который забрал его коня…

Этот, последний, и рассказал Жаргалу о том, что в данном виде соревнований несколько лет подряд побеждал некий Энэбиш. А побеждал он с помощью нескольких подкупленных им всадников, которые выбивали копья у других соревнующихся и не давали никому догнать Энэбиша. И сами его не обгоняли, понятное дело.

— А ты смог не только обогнать и выбить его помощников, но и самого Энэбиша вовсе лишить призового места. Теперь люди над ним смеются — его деньги оказались слабее нашего прославленного Жаргала А без денег-то он и копьё удержать не может!

Долго, впрочем, никто из гостей не засиживался — все видели не принимающую участия в беседах Филис и только позволяли себе метнуть в её сторону любопытный взгляд. Ну парочку взглядов, если кто особо любопытный. К тому же Жаргал говорил всем об их планах лететь в Улан-Батор.

Собираться в дорогу особенно не пришлось — у Жаргала была только пара сумок, а чемодан Филис и вовсе оставался в машине учёных-востоковедов. Час отправления самолёта в столицу было уже выяснен, и путешественники прибыли в аэропорт как раз ко времени, чтобы без спешки купить билет и зарегистрироваться на рейс.

— Господа, я очень, очень признательна вам за помощь в пути, — говорила Филис Сан Санычу и Глебу, — если б не вы, даже не знаю, что бы я делала.

— Я знаю, — хохотнул Глеб, — спокойно доехали бы поездом до этого города, а отсюда уж всяко ближе до нужного посёлка. И не было бы той нервотрёпки, когда по горам ехали.