Шиари выбирает первой

Очень непросто оставаться непредвзятой по отношению к человеку, так бесцеремонно ворвавшемуся в твою жизнь, но если уж судить беспристрастно, то Вейнанд Эскорн действительно был красив. Пусть это и была немного грубая красота, но светлые волосы и прозрачные серые глаза смягчали резкие, будто вырезанные из мрамора черты лица.

— Сколько вам лет? — спросила я.

Мой вопрос прозвучал несколько бесцеремонно, но уж такая я, прямая и бесцеремонная.

— Тридцать четыре, — коротко улыбнулся мужчина.

— И уже генерал Великого…

— Этого звания удостаиваются не по возрасту, а за заслуги.

— Выходит, на вашем счету немало трупов. Я хотела сказать, поверженных врагов.

Усмехнувшись, оборотних посмотрел мне прямо в глаза:

— Вы продолжаете меня ненавидеть.

— Я вас не ненавижу. Но вы же не думали, что я изменюсь за пару недель?

— Я на это надеялся.

Он вздохнул, а Морри неловко поерзала на сиденье и чуть слышно кашлянула, словно напоминала вести себя чуть больше как шиари и чуть меньше как Лайра.

— Я тоже надеялась, что вы передумаете насильно выдавать меня замуж.

— Лайра! — Эскорн подался ко мне, и я… вжалась в подушки.

Инстинктивно или машинально. Просто… вот не надо нам находиться друг к другу так близко! Шейла фон Верт была бы недовольна.

— Вы даже не даете себе шанса!

— По-моему, это вы мне его не даете, — буркнула, скрестив на груди руки.

— Вы молода и красива, но почему-то решили похоронить себя в деревенской глуши. А как же любовь, радость материнства?

— Я хотела выйти замуж, испытать любовь и, возможно, радость материнства, но вы мне не дали.

Вейнанд сощурился, и теперь его прозрачные глаза цветом напоминали грозовое небо.

— За простого солдата? Сына кухарки?

— Любви безразличны богатства и титулы.

Его глаза сверкнули, снова навеяв мысли о грозовых тучах, пронзаемых вспышками молний, пугающих и опасных.

— Вы его не любили и замуж за него не хотели.

— Как скажете, — согласилась я, запоздало осознав, что толку от этого спора никакого. Он все равно потащит меня знакомиться с Великим и его придворными подхалимами.

— Всегда бы так, — мрачно ответил Эскорн.

Будь мне лет десять, и я бы показала ему язык. Но, увы, я уже давно вышла из того возраста, когда все легко и просто, и никакие упрямые генералы не пытаются отдать тебя замуж.

Знакомство со столицей Вейнанд решил начать с парка Августины, названного в честь последней императрицы из династии Лимбургов. Наверное, летом здесь невероятно красиво, но и в разгар осени парк выглядел потрясающе. Все деревья в золотом и медном убранстве, настолько высокие, что устанешь задирать голову, чтобы как следует рассмотреть пышные кроны. Полуденные лучи, проникая сквозь них, стелились по насыпным дорожкам причудливым блестящим узором. Широкие аллеи и узкие, неприметные на первый взгляд тропки, величественные фонтаны и изящные статуи — в парке Августины можно было провести не один час, любуясь его красотами.