Вперед [сборник litres]

– Я могу вам чем-либо помочь? – спрашивает шестидесятилетняя негритянка, вышедшая из кабинета.

– Да, – отвечает Даниэль. – Я бы хотел поговорить с мистером Макклинтоком.

– Это я мистер Макклинток, – кисло отвечает негритянка.

Даниэль смущенно кашляет.

– Прошу прощения, миссис Макклинток. У меня десятилетний опыт работы в этой области, и я надеялся, что у вас есть вакансия…

– Единственная вакансия, которая у нас есть, – перебивает его негритянка, указывая на стол секретарши, – вот здесь.

– Я согласен, – говорит Даниэль.

– Всё, хватит, хватит! – воскликнул Сэм. – Я понял! Достаточно!

Когда Гарри остановил воспроизведение и зажег свет, Эйч Ти удивленно повернулся к Сэму.

– Разве вы не хотите увидеть, что было дальше? Это же самое интересное!

– О, могу себе представить, – ответил Сэм. – Под чутким руководством этой новой мудрой наставницы Даниэль станет хорошим.

– Совершенно верно, – подтвердил Эйч Ти. – Классно, правда?

– Но в таком случае почему он должен был быть таким козлом, чтобы стать хорошим?

– Это классический второй акт, Сэм. Вначале…

– Эйч Ти, позвольте тут прервать вас. Что такое этот ваш «классический второй акт»? Мы же говорим не о голливудском фильме.

– Разумеется, Сэм, мы говорим не о голливудском фильме. Мы говорим о жизни вашего сына. Но откуда, по-вашему, идет трехактовая структура? И почему именно с ее помощью чаще всего обращаются к зрителям? Потому что это идеал. Универсальный образ, переходящий из поколения в поколение. Не случайно, когда Сфинкс задает Эдипу свою загадку, ответом являются три стадии человеческой жизни.

– Эдип! Вы знаете, что он спал со своей матерью и убил собственного отца?

– Ну хорошо, – примирительно поднял руки Эйч Ти. – Возможно, не лучший пример. Бесспорно, человеческая жизнь сложная и многогранная. Но она склонна двигаться по дуге, ведущей от юношеской самоуверенности через период неудач к третьей фазе, в которой, если человеку повезло, он принимает свои ограничения и, став мудрее, может вести полноценную жизнь.

– А поскольку Даниэлю все давалось легко, он кончает тем, что становится козлом?

– Не «кончает», Сэм. Он начинает козлом. Но к тому времени как он признаёт полную бездуховность своей жизни, у него остается еще много лет – быть может, полстолетия, – чтобы найти более достойное применение своим способностям. Какой потрясающий третий акт! Вы шутите? Да я с радостью пробыл бы козлом первые тридцать лет своей жизни, для того чтобы последующие пятьдесят быть мудрым!

Сэм не знал, как отнестись к такому признанию. В конце концов он просто обреченно покачал головой.

– На мой взгляд, все это ваше предположение – чистое безумие. Далеко не все жизни разыгрываются так. Например, лично мне не пришлось последние пятнадцать лет пьянствовать и попрошайничать, чтобы подготовиться к третьему акту.