Тёмный манипулятор

— Что, получилось-таки использовать способность? — говорит он, внимательно глядя на меня своими красными глазами. Да-да, я не шучу. Теперь его глаза прямо-таки горят огнём. — Ни хрена не можете сделать сами. Грёбаные новички, — недовольно выпаливает он, затем снова исчезает.

Я поднимаю автомат, пытаясь сделать вид, будто целюсь в вампира, но на самом деле лишь выискиваю подходящую жертву. Что значит подходящую? Это значит, что я не хочу никого убивать. Да, тогда на складе я стрелял в вампиров, ещё не зная, что они вампиры. Но тогда это было под давлением адреналина. Тогда я не задумывался о том, что убиваю живых людей, у которых могут быть семьи, дети… Но сейчас… Почему я решил задуматься об этом сейчас?

Знаешь, что такое подходящая жертва? Это жертва, глаза которой ты не видишь. Потому что потом эти глаза будут сниться тебе страшнейших кошмарах. Но ведь и в спину стрелять тоже нельзя. Это несправедливо. И что остаётся тогда? Остаётся просто ждать, пока озверевший вампир не прикончит всех сам…

Через минуту в живых не остаётся никто. Вампир замирает на месте, недовольно глядя на меня.

— Ты что, издеваешься?

Опуская автомат, я мотаю головой.

— Я не смог.

— Слабак, — кидает кровосос напоследок, после чего целится и делает контрольный выстрел, убивая последнего солдата отряда — меня.

В голову тут же бьёт пронзительная боль. Я возвращаюсь обратно, и сразу падаю на колени. Второй выстрел за час — не самое приятное ощущение, которое можно пережить. Хотя стоит отдать должное самому себе — совсем недавно мне было страшно биться головой о стену, а теперь вот могу пережить целых два выстрела.

— Что это за херня только что была?! — закричал я.

Вампир уже был рядом.

— Как быть, если тебе оставили одних дилетантов?

— Ты что, тоже хранитель?

Маэл замотал головой.

— Ну уж нет, я предпочитаю свободу.

— А как тогда делал всё это?

— Тёмная энергия, — как ни в чём ни бывало ответил вампир. — Давным-давно заключил сделку, благодаря которой один из тёмных хранителей раскрыл мой потенциал. Знаешь, обидно, когда ты живёшь несколько сотен лет, будучи очень влиятельным землянином, владеющим информацией о существовании других миров, но при этом не обладаешь совершенно никакими способностями, помимо тех, которыми тебя наделила эволюция. Долгая жизнь это одно. И совсем другое, когда ты способен одолевать своих противников в бою без каких-либо усилий. В таком случае тебя не страшит ни время, ни даже нож, занесённый над головой. — Полюбовавшись пистолетом с резанным узором на стволе, вампир сказал: — Обожаю свою работу. — Через секунду пистолет исчез. Просто взял и исчез.

— Ты что, ещё и такой способностью обладаешь? — не на шутку удивился я.

— Не совсем. Так, балуюсь, — подмигнул Маэл. — Пистолет это всё, что я могу создать.

Вампир протянул мне руку. Я удивлённо посмотрел на него, одной рукой держась за висок. Голова всё ещё болела так, будто пережила десять пьянок одновременно.

Хоть и без особого энтузиазма, но помощь я принял.