Клаустрофобия

— Марк! Ты-то что здесь делаешь?!

Всё ещё толком не понимая происходящего, я вскинул взгляд и понял. Передо мной стоял мой отец. Наверное, нужно было сказать какие-то слова или вообще издать любой звук, но я стоял и лишь глупо улыбался.

— Я, наверное, слишком сильно тебя ударил. Хотя нечего вот так из-за угла выскакивать неожиданно. Ладно, пошли, ты очевидно дико устал. Отдохнёшь, а уж потом расскажешь, как здесь очутился.

И вновь в ответ на моём лице ещё сильнее расцвела яркая улыбка. Ноги сами выполнили то, что сказал папа, и я отправился вслед за ним. Чтобы через какое-то время и бесчисленное количество поворотов оказаться в довольно просторном помещении, где из обстановки присутствовали только матрац, пара стульев и нечто, напоминающее стол.

Остальное же пространство было заставлено различными приспособлениями, напоминавшими своим видом технические штуки Крейга. Похоже, отец находился здесь довольно продолжительный срок, так как в дальней части комнаты высилась вполне себе приличная груда пустых упаковок от пищевых пайков.

Присев на один из свободных стульев, я на секунду погрузился в свои мысли, всё ещё не до конца придя в себя. И тут же получил резкий укол в шею, от которого дёрнулся и чуть не завалился на пол.

— Тише, тише. Это просто стимулятор вместе с питательным комплексом. Сейчас тебе такая «микстура» будет полезна, — произнёс отец, отходя от меня с инъектором в руке.

Я потёр красное пятнышко и почти сразу ощутил, как уходит туман в голове и, навалившаяся было, слабость. Неожиданно захотелось есть и пить. Словно прочитав мои мысли, родитель поставил передо мной бутыль с водой и открытый, уже дымящийся паёк.

— Сейчас тебе нужно хорошенько подкрепиться, организм будет регенерировать и самовосстанавливаться. Энергию брать откуда-то нужно, — произнёс он, видя, как я сразу принялся за дело.

Подождав пока я закончу приём пищи и чуть отдышусь, отец повернулся ко мне и серьёзным тоном спросил.

— Так, а теперь поведай, как ты оказался здесь и почему не послушался моих слов?

Сначала я хотел как-то извернуться, придумать правдивую историю, которая что-то объясняла бы, но под суровым взглядом своего родителя все эти планы рассыпались в прах. И я рассказал всё, как на духу.

Как помочь хотел, что с дядей Данисом договорился, и Гермез будто случайно знак торговцев при мне обронил. В общем, всё, что нужно и не нужно выболтал. А потом замер в ожидании наказания.

Но понурившийся отец почему-то молчал и даже перестал смотреть на меня. И от этого мне стало ещё хуже. Будто я совершил какой-то гадкий поступок и теперь приходится за него отвечать, да только он настолько постыдный, что любого ремня будет мало.

— Вот уж помощнички, друзья. Хотели, как лучше, а получилось, как всегда. Ладно, давай дальше, — неожиданно тихо, себе под нос проговорил родитель.

Тогда я уже более вдумчиво, стараясь не упускать деталей, продолжил своё повествование.