Искатель, 2018 №10
- Автор: Москвин Игорь Владимирович, Иваненко Дмитрий
- Серия: Журнал «Искатель» #477
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: ООО «Книги «Искателя»
- ISBN: 0130-66-34
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Искатель, 2018 №10». Краткое содержание книги:
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.
— Ну, есть, — Веня тяжело вздохнул, — в окружении Кошеля, ну, не мой человечек, но глаза, которые за долю малую мне весточки из Москвы шлют. Вот от него я и узнал, что прибывают в столицу лихие люди с известным «медвежатником», но отследить я их не смог. Слишком шустрые ребятки оказались, и потом ни с кем в столице они дела не имели. Позже я узнал, что у них наводчица — баба. Не верил я этому, но, господин Кирпичников, успехов я не достиг.
— Про клички, фамилии тебе твои глаза московские шепнули?
— В том-то и дело, что нет. Сказали, что главарь — бывший боевой офицер. Но сейчас вернувшихся с фронта или дезертировавших хватает. Здесь тупик.
— Ну, о других что-то же твой сообщил?
— В том-то и дело, что нет. Искать было бесполезно, тем шее как узнать, на какие сейфы они нацелились? Город большой, заводов, учреждений, банков, как мусора у нерадивой хозяйки. Это как искать иголку в стоге сена.
— Веня, ты можешь кому угодно байки травить, а мне не надо. — Аркадий Аркадьевич прищурил правый глаз и покачал головой.
— Жизнью клянусь, господин Кирпичников, чтоб мне с места не сойти.
— Хорошо, Веня. Теперь вернемся к племяннице.
Прозрачный посмурнел.
— Когда сидел в камере, неужто не хотел отомстить?
— Хотел, но понимаете, в какой-то хорошей книжке я прочитал, и так мне одно выражение понравилось, что до конца дней запомнил. Месть — блюдо холодное, то бишь ею необходимо заниматься не в горячке, а обдумывая каждый последующий шаг.
— Разумно.
— Так что, господин Кирпичников, когда меня выпустите, я не премину заняться этим самым Лупусом. Это я вам как на духу говорю. Не привык я спускать принесенную мне обиду.
— Смерть племянницы — обида? — вскинул брови Аркадий Аркадьевич.
— С какой стороны посмотреть. — Веня поиграл желваками, потом продолжил: — Дело же не в словах, их, нужных, можно не подобрать. Вот если этот Лупус за границу уйдет, так я его и там достану. Прозрачный не привык, чтобы его оставляли в дураках, — фыркнул Веня.
— Здесь с тобой соглашусь. Тогда пойми и меня: не выпущу тебя сейчас. Наваляешь дров, а мне Лупуса взять в России надо, пока финскую границу не перешел. Наши бывшие сограждане с неохотой выдают даже убийц. А ехать туда уголовным сотрудникам — значит нарываться на скандал.
— Понимаю, — кивнул Прозрачный, — у нас, — он улыбнулся, — больше… как это по-вашему, во, полномочий. Нам не надо никому представляться, мы сами по себе.
Лупус заказал через дворника в соседнем ресторане вначале обед, потом ужин. И целый день не выходил из дома, не хоте нигде показываться. Не было особого желания случайно на какого-нибудь знакомого нарваться. Он обдумывал, что дальше? Тащить с собой большой груз не хотел, для этого нужен помощник. Ведь взято в сейфах почти два с половиной пуда золота (любят люди золото в слитках, что бы ни случилось, цена либо остается неизменной, либо растет, и никакие катаклизмы на стоимость не влияют), почти полтора пуда ассигнаций разного достоинства, в том числе иностранные деньги. Все на себе не унести и переходить границу с таким весом не очень разумно. Привлекаешь лишнее внимание, потом теряешь в случае опасности мобильность и оказываешься привязанным к грузу. Взять с собой драгоценные камни, иностранные деньги? Все оставить на хранение сестре? Но она поймет, для чего нужен был список владельцев сейфов Сан-Галли.
Почти день размышлял, как выйти на Прозрачного, минуя все и всех, ведь за ним тоже могут следить.
Но к вечеру так ничего и не решил.
Старался не показывать обеспокоенности Анне, но разве женщину можно обмануть? Она чувствует больше сердцем, нежели глазами. Но ничего не спрашивала и старалась вести беседу на темы, в которых не упоминались ни смерть, ни предательство, ни предстоящий фантастический отъезд…
Хотя Веня Прозрачный ничего не сказал и не открыл ничего нового, Кирпичников задумался больше о личности Лупуса, чем о его поимке.
Офицер, ставший хладнокровным убийцей, не такое частое явление. Когда вернувшиеся с фронта в порыве защиты достоинства или чувствуя оскорбление, выхватывают из кобуры пистолет, это понятно. Там проливают за Отечество кровь и не терпят насмешек над патриотичностью, но здесь другое дело. Капитан хладнокровно режет тех, кто ему мешает на пути к заветной цели. А какова она? Сколотить в несколько месяцев капитал, уехать за границу и забыть войну, как страшный сон? Или есть что-то иное, пока непонятное?
Лупус нравился начальнику уголовного розыска дерзостью и непредсказуемостью. Да, он — преступник, дерзнувший отнять человеческие жизни, но он пошел на это не просто так, ради собственной прихоти. Его что-то толкнуло на такой шаг. Но что? Разочарование в том строе, который установился в России? Демократический строй, за который ратовали его предки, один из них отправился на каторгу за убеждения, когда в декабре двадцать пятого года прошлого века вышел на Сенатскую площадь.