Избранные произведения. III том

Прошло лет пятнадцать с того дня, когда Джорджия нашла на шкафу ложки с апостолом; однажды она, толком даже не успев понять, в какой именно комнате и в какой стене ей вдруг открылась та дверь, прошла в эту непонятную дверь, свернула направо и обнаружила, что в доме имеется еще один большой подвал, о существовании которого она до сих пор даже не подозревала. Там был точно такой же цементный пол, потемневший и отполированный за долгие годы множеством ног, как и в том подвале, которым она постоянно пользовалась и который хорошо знала, только здесь оказалось гораздо светлее, чище и просторнее. А в коридоре, куда она, собственно, сперва и попала, воздух поразил ее своей свежестью. И, как ни странно, там не было никаких сквозняков. В этом-то коридоре она и встретила ту молодую незнакомку.

Хотя появление этой незнакомки и подпортило, причем довольно существенно, ее радость, связанную с открытием этого нового замечательного помещения и предвкушением предстоящего с ним знакомства, все же здравый смысл и упрямое стремление к справедливости помогли Джорджии превозмочь элементарную ревность собственницы. Она говорила себе: в конце концов, места здесь и так более чем достаточно, а этим подвалом она вообще никогда не пользовалась да и не особенно в нем нуждалась, хотя, раз уж она случайно его отыскала, не грех было бы им и воспользоваться. В общем, никакой враждебности она к молодой женщине не испытывала, а та держалась на редкость скромно, естественно и просто, и они разговорились. Джорджия, сразу почувствовав к незнакомке симпатию, довольно легко пережила ее признание в том, что в подвале проживают еще две молодые женщины, которые сейчас на работе; их комнаты находились направо от центрального коридора или холла.

Все эти комнатки оказались небольшими — «захватчица», отнюдь не посягая на права Джорджии как хозяйки, сама предложила ей войти и как следует осмотреть все, что она захочет, — вполне аккуратными и уютными, хотя там, пожалуй, было все-таки тесновато и довольно холодно. Джорджия не видела причин отказывать трем подругам в столь скромном жилье, раз уж оно им там нравится. Да они с мужем наверняка просто завалили бы эти комнатушки всякими ненужными вещами, превратив в дополнительные кладовые. Лучше уж пусть там люди живут, решила она.

Когда же гостья провела хозяйку (но кто был кем?) в ту комнату, где имелся камин, для царившего в подвале холода дальнейших объяснений не потребовалось. «Да, здесь есть камин, — подтвердила молодая женщина, — но мы им не пользуемся», и она пошире открыла дверь, чтобы Джорджия могла заглянуть в комнату и во всем убедиться сама. Но Джорджия, едва сунув туда нос, предпочла тут же вернуться в коридор, признав, что с их стороны весьма разумно вообще не пользоваться подобным очагом. Камин издавал оглушительный монотонный рев, и достаточно было хотя бы издали заглянуть в его раскаленное бессемеровское нутро, как сразу становилось понятно, что к категории «уютных» он ни в коем случае не относится. Лучше уж мерзнуть, чем пытаться регулировать все эти хитрые приспособления — вентиляционные отверстия, фильтры, термостаты и т. п. Это устройство отнюдь не было домашним камином. И явно обладало связью с чем-то весьма серьезным, глубинным. Ничего удивительного, что здесь такой чистый воздух и нет сквозняков!