(не)твоя дочь

– Хорошо, – улыбаюсь в ответ. И неожиданно для самой себя добавляю: – Оставайся, сколько считаешь нужным.

Мое состояние постепенно улучшается. Не сразу, но примерно через час-полтора я начинаю ощущать себя вполне нормальным живым человеком, а не вареным овощем.

Голова проясняется, и даже появляется аппетит.

Я с удовольствием ужинаю тем, что мне оставили Воронцов с дочерью от заказа из ресторана. Еда хоть уже и остыла, но все равно очень вкусная. А еще мне не нужно думать и тратить время на приготовление пищи. В такие моменты это особенно важно, поэтому сегодня я как никогда благодарна Денису.

Минуты пролетают незаметно.

Впервые за последние дни мы общаемся с Воронцовым без скрытого подозрения или натянутости. Просто, легко, как старые знакомые.

Сидя на кухне за чашкой чая.

Он интересуется увлечениями Алисы, ее здоровьем и всем остальным, что касается дочери.

Иногда легонько затрагивает тему моих отношений с Артемом, но я тут же пресекаю любые попытки выведать что-то лишнее. Именно сейчас мне не хочется обсуждать подобные темы, да еще и с ним.

А вот насчет дочери рассказываю все в подробностях.

Я вижу искренний интерес в его глазах. Не знаю как, но материнское сердце всегда чувствует, когда к твоей малышке относятся с трепетом и любовью. Интуитивно улавливает лучики добра и заботы.

В душе постепенно тает лед. Я никогда не видела такой заинтересованности в Артеме, хотя он с пеной у рта убеждал, что ему неважно, от кого ребенок. Что он хочет дочь и примет ее как родную.

Может быть, дело в том, что как бы он ни обещал, но все же не смог полюбить ее, как свою, а может, они с Воронцовым просто разные. И эмоции выражают по-разному. И ведут себя соответствующе.

Но, так или иначе, в прошлых отношениях все обязанности и заботы о ребенке лежали на моих плечах. Быт, домашние хлопоты, атмосфера в семье – тоже на мне.

Эти правила негласно установились в нашем доме и на протяжении всех лет совместной жизни были незыблемы.

Мне это даже нравилось.

Меня так воспитывали.

Женщина – это мать, хозяйка, хранительница очага.

Она задает атмосферу в семье.

Она создает уют.

До тех пор пока я не поняла, что мною просто пользуются.

За тихим душевным разговором время летит незаметно. Я смотрю на часы и ужасаюсь. Меньше чем через час наступит полночь. Мы совсем забыли об этом, а тем не менее Алиса уже давно должна спать.

– Хочешь, я ее уложу? Сегодня мой первый опыт был успешным, – довольно улыбается Воронцов.

Встает из-за стола и начинает складывать в мойку грязную посуду.

Я все еще нахожусь под впечатлением некого волшебства от совместного вечера и молча наблюдаю за его действиями. Как он салфеткой смахивает крошки со стола, а после протирает его влажной тряпкой, как ополаскивает тарелки и складывает их на кухонное полотенце, избавляя меня от лишних хлопот.

Это так непривычно.

И… приятно.

– Не знаю, – тяну рассеянно.

– Я справлюсь, не переживай, – подмигивает он, вытирает руки и уходит в комнату.