Благословенный [СИ]

— Не бойся, Кэрол, — повторил он тихим больным голосом. — Я не причиню зла ни тебе, ни твоим детям. Я хочу всего лишь… извиниться перед тобой, — он вдруг залился густой краской под ее взглядом, словно сейчас, при свете дня, снова превратился в застенчивого юношу. Но этот юноша совсем не походил на того, с кем ей пришлось иметь дело ночью. Что это? Хитрость, блеф, притворство? Или перед ней оборотень, который днем один, а ночью становится другим?

Ее молчание и немигающий взгляд еще больше смутили его. Он избегал ее взгляда, багровея все больше.

— Я… я никогда этого не делал… я имею в виду… у меня нет привычки насиловать женщин. Не знаю, что на меня нашло. И то, что я потом сказал… за это тоже извини. Я сгоряча, — его голос стал звучать увереннее, словно он справился со смущением. — Можешь не волноваться, свое слово я сдержу. Пацана твоего не трону, — он мгновенье помолчал, потом решительно добавил. — И Джека твоего — тоже. Живи с миром.

Он отвернулся и, подойдя к двери, распахнул ее, собираясь уйти.

— Поклянись! — резко прозвучал голос Кэрол. — Поклянись мне памятью Даяны! Поклянись жизнью своего друга! Клянись всем, что тебе дорого!

Остановившись, он обернулся.

— Тебе придется просто поверить. Я никогда не даю клятв.

— Поверить? После того, как вы убили Аманду?

Он растерянно моргнул.

— Какую Аманду?

— Нашу няню!

Он нахмурился, внимательно изучая ее взглядом.

— Мы не трогали вашу няню. Зачем мне ваша няня? — пожав широкими плечами, он снова отвернулся и шагнул за порог. — Там, в пакете, лекарство. Разотри ему грудь и спину и дай пару капель на язык. Через два дня он будет здоров. Всего хорошего.

Взгляд Кэрол внезапно наткнулся на стол. Лицо ее вытянулась от изумления, когда она увидела букет цветов и бумажный пакет, из которого выкатились фрукты. Поверх пакета сидел пушистый черный медвежонок с белым бантиком на шее.

— Подожди! Тимми!

Он резко замер на месте, словно только и ждал, когда она его остановит. Но в этот момент слабо запищал Джейми, и Кэрол, забыв обо всем на свете, повернулась к малышу и наклонилась, встревожено вглядываясь в горящее нездоровыми красками личико.

— Мама… — жалобно протянул Джейми и поднял дрожащие от слабости ручки, потянувшись к ней. Страдание отразилось на лице Кэрол, когда она оторвала мальчика от кроватки и осторожно прижала к груди. Прижавшись лицом к горячей щечке, она успокаивающе покачала его. Малыш снова затих, лишь дыхание его оставалось все таким же тяжелым.

Кэрол медленно повернулась и посмотрела на тихо стоявшего в дверях мужчину. Тот пристально разглядывал малыша.

— Что за лекарство? — хрипло спросила она.

— В аптеках такое не купишь. Народное средство, так сказать. Я сам его сделал. Не бойся, на себе и своем приятеле не раз проверял. Меня один бродяга научил… такой же, как я… Ведь для бездомных подхватить пневмонию — нечего делать.