Гонконг [СИ]

Секунд тридцать размышляю о возможностях использования неожиданного контакта, после чего излагаю появившуюся в голове идею.

— Предложи ей сделать репортаж века — личные интервью с двумя "генизлами", изначально попавшими в прицел "семей" и всей информацией о причастных к ситуации кланах. Вся картина целиком, без купюр и преувеличений. Начиная с нападения на Горановых и заканчивая попыткой "ядерщиков" прийти к мировому господству.

Свортова мгновение внимательно смотрит на меня.

— Хочешь подстраховаться? Это вряд ли повлияет на ситуацию — весь мир и так слышал ультиматум "ядерщиков".

— Если у нас ничего не выйдет, что весьма вероятно — мир получит честную картинку произошедшего. В случае успеха — будет лишний довод воздержаться от массового истребления всех подряд "генизлов". Возможно, это убережёт хотя бы часть жизней.

Чуть помедлив, девушка принимается расписывать моё предложение женщине, которая вслушивается в слова и в конце удивлённо восклицает, всплеснув руками. Судя по дальнейшей эмоциональной речи, она либо полностью "за", либо категорически против. Сразу, как заканчивается, вмешивается её муж, с напором что-то высказывающей журналистке. Аня проясняет ситуацию.

— Она готова отправиться с нами и снять весь материал, выложив его в сеть сразу, как мы дадим согласие. Без монтажа — просто серию видео, записанных на телефон. А вот её муж против — требует, чтобы та осталась дома, не рискуя своей жизнью.

Семейный спор продолжается ещё около десяти минут — всё то время, пока азиатка переодевается и пакует вещи. В итоге, она целует разъярённого мужа и что-то ему тихо сказав, следует за нами, к выходу из квартиры. Как скоро выясняется, ключи, которые он подхватывает со столика в прихожей — отнюдь не от того седана, что стоит перед домом. Спустившись на подземный паркинг, который здесь всё-таки имеется, мы забираемся в массивный чёрный внедорожник. Я усаживаюсь за руль, Аня размещается рядом, а заднее сидение занимают журналистка и бывший сотрудник лаборатории.

Через минуту выезжаем через автоматические ворота на улицу и принимаемся колесить по дворам, постепенно подбираясь к нужной нам части города. Женщина, смотря в телефон, что-то говорит с заднего сидения и ответившая ей Аня, поворачивается ко мне.

— Только что убили императора Японии, который призвал нацию к сопротивлению. Токио тоже охвачен уличными боями. А в Сибири зафиксировали несколько ядерных взрывов, ориентировочной мощностью до ста килотонн.

Сибирь? Место, где размещается ещё один подземный комплекс с похожей установкой? Это "ядерщики" решили перестраховаться, уничтожив его, или армия так грубо действует, пытаясь прорвать оборону "генизлов"? Собираюсь озвучивать этот вопрос, но корреспондент снова начинает что-то говорить и Аня дублирует данные мне.

— Польская армия заявила о том, что выходит из борьбы, признав бессмысленность сопротивления. Они сложили оружие первыми из всех сражающихся стран, сейчас столкновения продолжаются только в Варшаве и Кракове, где действуют многочисленные отряды добровольцев. Но без поддержки техники, они обречены на гибель.