Древняя Русь и Скандинавия в IX–XIV вв.
- Автор: Рыдзевская Елена Александровна
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: История
Электронная книга - «Древняя Русь и Скандинавия в IX–XIV вв.». Краткое содержание книги:
Уважение к трудам наставников — черта, органически присущая советской науке. Творческое наследие Е. А. Рыдзевской особенно драгоценно, ибо относится к той области науки, которая настоятельно требует глубокой разработки. Это наследие состоит из двух частей — переводы текстов скандинавских источников и научные статьи, которые тесно взаимосвязаны и служат разъяснению русско-скандинавских отношений IX–XIV вв., критическому пересмотру догм вульгарного норманизма.
Труды Е. А. Рыдзевской нужны всем, кто исследует внешнюю политику Древней Руси, ее международные и культурные связи, кто интересуется древнейшими источниками по истории нашей страны.
После того русские со своей силой осадили крепость ту. Когда русские подошли, там было 16 человек, способных к бою. Русские шли на приступ и днем, и ночью; много было нанесено сильных ударов. Христиан было мало, а крепость была большая. Язычники часто сменялись: один отряд подходил, а другой уходил; так они действовали и днем, и ночью. Христиане сильно утомились; вы можете понять, что это значит, когда человек трудится непрерывно и днем, и ночью — не удивительно, что он устает, когда у него нет отдыха. В крепости той вспыхнул огонь, и она загорелась; русские вошли с рукопашным боем. Христиане тогда ушли с крепостных стен в погреб и там защищались; некоторые же были убиты на стенах. Они были разбросаны, и каждый погибал в своем углу. Были убиты и многие из тех, кто лежали больные.
Господин Стен сказал русским так: «Или вы не привыкли брать добрых мужей?» Они сложили оружие и хотели сдаться, потому что каждый дорожил жизнью. «Мы сумеем нести рабский труд, поднимать и таскать [тяжести]». Торкиль Андерсон отвечал тогда: «Не удручайте так сердце марска!» Один из русских пронзил его копьем в грудь насквозь, и он сразу же упал. После того у них в погребе том была жаркая схватка. Одного смелого воина, которого звали Карл Хак, погубил его собственный товарищ: он[262] был в русской одежде и хотел войти в погреб тот, и был убит, потому что его не узнали. Да сжалится бог над великим злом, которое тогда случилось, над отчаянной бедой и гибелью стольких воинов! Они так защищались в погребе том, что русские не могли их взять, пока не дали им клятву и не предложили сдаться, и не обещали сохранить им жизнь, взять их в плен и увести с собой. Тогда они вышли и сдались. Да подаст бог царство небесное душам тех, кто принял смерть там, и да сжалится он над постигшим их страшным несчастьем, когда им пришлось так худо, что они попали во власть язычников! После того как пленных поделили и с этим было покончено, и добыча была взята, а крепость та сожжена, все русские отправились домой и увели с собой пленных тех. Мало уцелело от огня. Так была взята крепость та.
Основание Выборга создавало для шведов выгодное положение в отношении торгового пути по Неве, которым особенно были заинтересованы ганзейские города с Любеком во главе. В 1295 г. было заключено соглашение между ними и шведским правительством, в силу которого они обязывались не провозить по этому пути оружия и железа и не предпринимать ничего вредного для Швеции. В 1300 г. Любек снова добивался у шведов свободного плавания по Неве. Шведы, таким образом, действовали против Новгорода, принимая все меры для утверждения своего господства на водном пути, по которому шла новгородско-ганзейская торговля. Этой же цели должно было служить и основание важного стратегического пункта, Ландскроны, уже на самой Неве возле впадения в нее Большой Охты, которую ХЭ называет Черной рекой. На Неве здесь была удобная стоянка для судов, о которой и говорит ХЭ. Возможно, что шведы вошли в Большую Охту, которая еще в XVII в. была судоходна даже для довольно больших кораблей. Способ скрепления, которым воспользовались шведы, совпадает с тем, что описывает в одном месте Ливонская рифмованная хроника: суда были поставлены поперек реки борт к борту и образовали нечто вроде моста.
Судя по ХЭ, шведы сначала действовали на Неве довольно свободно: основали Ландскрону, беспрепятственно прошли вверх по Неве до острова Орехова, установили там свои передовые посты. Этим подтверждается предположение о подчинении им в это время части территории, прилегающей к Неве с юга.
Та часть ХЭ, которая относится к событиям 1300 и 1301 гг. (начало похода на Неву ошибочно отнесено ею к 1299 г.), наиболее подробная и обстоятельная из всех, касающихся русско-шведских отношений. Она отличается точностью и четкостью топографических указаний и обилием личных имен шведских участников описываемых событий.
Финский ученый Р. Пиппинг высказывает весьма вероятное предположение, что весть о появлении шведского флота на Неве прежде всего пришла в Ладогу и что первая попытка дать отпор шведам была сделана ладожанами, которые в это время вообще деятельно выступают в борьбе с ними. Это подтверждается, между прочим, и упоминанием ладожан в некоторых списках Новгородской I летописи под 1301 г. Ко времени начала шведского похода новгородского князя, как сообщает та же летопись под 1300 г., не было в Новгороде.
262
Карл.