Путешествие по арабским странам

— Я слышал, что в Старом городе есть арабский и христианский кварталы, — сказал Петер. — Мне бы хотелось побывать и в христианском квартале.

— Христиане тоже арабы, — отрезал гид неприязненно, и они некоторое время шли молча.

— Так говорят в Бейруте, — примирительно заметил Петер.

— Людей в Ливане, которые предали свою веру, постигнет кара, — сказал гид, и это прозвучало, как проклятие пророка.

По узким переулкам они шли то вверх, то вниз по холму, на склоне которого расположилась старая часть Иерусалима, мимо высоких серых стен. Булыжная мостовая кое-где прерывалась ступеньками. Иногда дорога убегала в темные проходы или скакала по лестницам, над которыми нависали каменные арки. Камень, камень, кругом камень… Трудно было не задать себе вопроса, как выглядел древний Иерусалим; по данным археологии, он находился примерно на восемь метров ниже современного. Тем не менее в одном монастыре еще показывали каменные плиты, по которым якобы ступал Христос, а в храме Гроба Господня можно было просунуть руку в круглое отверстие перед алтарем, богато украшенным золотом и драгоценными камнями, и дотронуться до скалы, где якобы находилась Голгофа. Так утверждали раньше.

— Теперь, — сказал проводник, — я покажу вам сад Гроба Господня, которым многие посетители восхищаются. Прелаты англиканской церкви считают, что сад важнее, чем храм Гроба Господня. Они утверждают, что Голгофа была на месте сада. При этом они ссылаются на Библию и, кроме того, на сообщение святого Виллибальда, относящееся к восьмому веку: «Голгофа прежде находилась за пределами Иерусалима, но когда (царица] Елена нашла крест, она устроила это место так, что оно оказалось в пределах города».

Они вышли за городскую стену, и Петер сказал, что он не хочет, да и не может судить, кто из теологов прав, но что легенда о Христе, где бы ни находилась Голгофа, волнует его как поэтическое произведение.

— Вы неверующий? — спросил араб.

— Я верю, — ответил Петер, — что человека могли забросать камнями и убить за то, что он защищал бедных и что поэты из бедняков воспевали его и изображали святым.

— Вот сад Гроба Господня, — заметил араб.

— В Коране, — добавил Петер, — о Моисее, Христе и Мухаммеде говорится как о великих пророках.

Араб молчал. Трудно было сказать, что он думает по этому поводу, хотя было ясно, что он прекрасно знает историю христианства.

Из всего, что Петер увидел в Иерусалиме, сад производил наибольшее впечатление.

— Почти так же он выглядел, очевидно, при жизни нашего господа, — сказала по-английски приветливая управительница.

В саду росли пинии, кипарисы, маслины, кактусы, широкие дорожки были окаймлены кустами самшита. Когда наступит весна, здесь пламенными красками Востока зацветут цветы.

В конце сада в яме, выложенной каменными плитками, сохранился большой пресс для выжимания олив. Он напоминал пресс, который Петер видел в древнем Библосе: так же был вырублен из одного камня, имел желоб для стока масла и маслоприемник, но был значительно больше. Сквозь каменные плитки проросли корни кустов. Это создавало впечатление глубокой древности.

— А это Голгофа, — сказала женщина, подводя Петера к скале на краю сада. — По арамейски это означает «череп». Вглядитесь в скалу, и вы поймете, почему она так называется. Углубления, похожие на глазницы, и выступы, напоминающие носовую и челюстную кости, придают скале сходство с черепом.

Ну что ж, против — этого трудно было спорить.

— Голгофа находилась за пределами города. Вот здесь.

Тоже возможно, хотя доказать это было так же трудно, как то, что Голгофа находилась на традиционном месте.

Женщина повела посетителя через сад к другой скале, частично окруженной стеной. В ней было отверстие в форме двери. Они вошли внутрь. В полумраке Петер разглядел вырубленное в скале некое подобие лежанки.

— Его смертное ложе, — сказала женщина. — С Голгофы Иосиф принес его тело сюда.

Женщина отвела Петера немного в сторону, к месту, где в земле находилось отверстие величиной с окно.

— Здесь большая подземная молельня времен первых христиан. В ней нашли маленький крест, украшенный драгоценными камнями.

Петер наклонился к отверстию и хлопнул над ним в ладоши. Ему ответило эхо, как в соборе.

«Если бы не было храма Гроба Господня, — подумал Петер, — где каждое из пяти вероисповеданий христианской церкви имеет собственную часовню, то сад вполне мог бы стать местом паломничества христиан. Древнее еврейское погребение, подземная молельня, скала-череп — все это создает неограниченные возможности для воздействия на воображение. Да, вот так и создаются легенды, которые полны очарования для одних, а другими используются в корыстных целях».

Они вернулись в Старый город и спустились к древней «Стене плача» иудеев, сложенной из больших квадратных плит. Петер спросил проводника, приходят ли евреи к своей стене теперь, когда она находится в арабской части города.

— Нет, — отрезал гид. — Некоторые, — добавил он, чуть помолчав, — взбираются на холм, откуда видна стена. Там они плачут.

— Вдалеке?

— Да.

Они осмотрели храм на скале, считавшийся одним из лучших архитектурных сооружений мусульман, и гид оказал: