Однажды в Марчелике [СИ]

Это объяснение успокоило Пеллу, и она снова терпеливо пошла за Руаном и Эберхатом, больше не задавая вопросов. Девушка глазела по сторонам и разглядывала прохожих, которых с каждой минутой становилось всё меньше и меньше.

Старая церковь располагалась за окраинными домами города. Впрочем, руины в сухой траве Марчелики подсказывали, что пожар, когда-то уничтоживший церковь, затронул не только её, но и весь Сан-Валентино. С тех пор, видимо, люди и стали жить в стороне, а пепелище постепенно было сожрано природой.

Старое кладбище оказалось небольшим погостом, окружённым каменной оградой. Большинство могил были заброшены и поросли кустарником. Однако были тут и свежие захоронения, к одному из которых подошёл Руан:

– Тут, мешо. Тут захоронен ваш дед, старый Гро…

Пелла остановилась у могилы, и сердце её сжалось на один краткий миг. В памяти проскочили воспоминания о матери, о старых фотографиях. Но боли не было… Её дед был для неё чужим человеком. Пелла хотела найти здесь себя, но поняла, что вся она осталась там – на Старом Эдеме. Там её жизнь, и там её судьба…

Судьба была не слишком романтичной, а местами и вовсе скучной. Но всё чаще Пелла думала, что, возможно, будущее не нравится ей лишь потому, что в её сердце маловато смирения…

– Зря вы приехали в Марчелику, мешо! – заметил Руан, будто прочитав её мысли.

– Наверно, и в самом деле зря…

Пелла вынуждена была согласиться с этим утверждением. И только когда рядом раздался глухой удар, а Крист резко осел в траву, она вдруг поняла, что Руан имеет в виду что-то другое…

– Что это значит? – девушка обернулась, но единственным, кто мог оглушить её друга, был рив.

А тот просто развёл руками и достал револьвер, направив на неё.

– Действуй, Руан! – кивнул он касадору.

– Ваш дед, мешо, был отморозком и ублюдком! – сказал тот, когда Пелла перевела на него взгляд. – Я мог бы часами рассказывать, как этот сучий потрох поганил жизнь многим хорошим людям!.. Но не буду… Когда он подыхал, истекая кровью, я пообещал, что если будет на то воля всевышнего – я на его могилу отправлю и всех его отродьев. Снимайте штаны, мешо! Пожалуй, старику будет приятно, если вам на его могиле тоже будет приятно…

– Вы не посмеете! – девушка сделала ещё шаг назад. – Оставьте меня! Рив!

– Не двигайтесь, мешо, иначе я, пожалуй, прострелю вам ногу! – заметил рив. – Руан, тебя же не смущают такие мелочи?

– Нет, что ты! – касадор чуть расслабленной походкой двинулся к Пелле.

А девушка в ужасе поняла, что сейчас она лишится невинности. Если, конечно же, что-нибудь срочно не предпримет. О том, что её собираются убить – она вообще не думала. Шок от происходящего заставлял её беспокоиться о чём угодно, кроме главного. Того прискорбного факта, что на кладбище её вели лишь для того, чтобы убить и закопать.

Как правило, люди не могут смириться со своей скорой гибелью, ведь мозг человека не верит в сам факт смерти. Признаёт, но не верит – все ведь хотят жить вечно!.. Именно поэтому Пелла больше думала о том, что её собираются снасильничать, а не убить. И приняла она самое верное в такой ситуации решение – весьма неожиданное как для рива, так и для Руана. Двинула ногой в промежность приближающемуся мужчине и истошно завизжала.