Госпожа Удача [ЛП]

— Без причин?

— А Шифту они нужны? — спросила я в ответ.

— Если ты сама их ему не дашь.

Я отрицательно мотаю головой.

— Мне от Шифта ничего не надо, так что, нет, я никогда не просила, и никогда не попрошу Шифта сделать что-то для меня. Здесь нет никаких причин.

— Но ты все равно здесь.

Я сидела напротив него, поэтому не думала, что это заслуживает ответа.

— Люди ничего не делают просто так, особенно такие сучки, как ты, — заметил он.

Я проигнорировала то, что он назвал меня сучкой, Шифт с бандой часто так делали. Я также не стала думать, какого рода «сучкой» он меня считал.

Вместо этого я заявила:

— Очевидно, ты знаешь Шифта.

— К сожалению, — ответил он, и это меня удивило. Во-первых, это указывало на то, что у нас есть что-то общее. Во-вторых, это было слово из пяти слогов. В-третьих, Шифт вел себя так, будто этот парень был для него очень важен. Только тогда мне пришло в голову, что, когда он позвонил Шифту, у них не состоялось сердечного разговора о радости обретенной свободы. На самом деле, кроме приветствия Шифта (вероятного), он сказал тому лишь два слова.

Меня это заинтриговало.

Об этом я тоже не стала думать.

Что касается меня, то я собиралась высадить этого парня там, куда он хотел отправиться (надеясь, что это не север Канады), или, что было бы лучше, позволить ему самому уехать туда, куда нужно, а затем вернуться в свою квартиру, на свою работу и к частым размышления о том, чтобы все бросить и уехать далеко-далеко от Дуэйна «Шифта» Мартинеса.

Что я должна была сделать, так это воспользоваться шансом.

Шансом рассказать, открыто и честно.

Поэтому я подалась вперед и тихо сказала:

— Наша связь с Шифтом — не мой выбор. Я не хочу видеть его в своей жизни, но хочет он и остается в ней. Он может усложнить мне жизнь, просто являясь Шифтом. Я это знаю. И избегаю этого. И мой способ избегать этого — делать то, что он просит, когда звонит мне. Он знает мои границы, и до сих пор их уважал. Я не дура и знаю, что он раздвинет эти границы, и знаю, что должна выбраться из этого прежде, чем он это сделает, но требуется много всего, чтобы начать новую жизнь, а у меня есть только половина, и эта половина — я, желающая начать жить с чистого листа. Деньги, работа, место, куда отправиться — ничего из этого у меня нет. Так что, до тех пор пока он звонит и просит, оставаясь при этом в тени моей жизни, вместо того чтобы занять центральное место и перевернуть все вверх дном, я выполняю его поручения. Поэтому, — я махнула рукой, — я здесь. Вот так просто.

Его прекрасные глаза встретились с моими.

Потом он проворчал:

— Телефон.

Я моргнула.

Затем повернулась к сумочке, порылась в ней, вытащила телефон и протянула ему.