Наваждение

Раздался негромкий смех, и я увидела своего дедушку с забинтованной рукой от локтя до плеча. Подошёл, погладил меня по щеке:

— Мы это сделали. Думал, уеду, а ты так и не очнешься. Ты давай держись, тебя пока затишье переправят в госпиталь.

— Ты как?

— Да вот только осколок в левом предплечье застрял. Врачи говорят, если осложнений не будет, этот осколок, застрявший в кости, останется на всю жизнь. Если его тронуть, удалить, останусь калекой на всю жизнь. Тебе очень больно?

— Нет, не переживай. Всё хорошо. — Хотелось ещё поговорить, но деда позвал суровый мужской голос за натянутые со всех сторон простыни. Слух у меня всегда был хороший, даже сейчас, когда голова в бинтах, сумела разобрать тихий шёпот.

— Капитан, мы её не довезём. Черепно-мозговая травма, большая потеря крови, лекарств, кроме спирта и бинтов нет.

— Сколько ей осталось?

— Утром её с нами уже не будет.

Шевельнулась занавеска и Гоша подошёл ко мне. Такая тоска застыла у него в глазах!

— Гоша, Георгий Иванович! Вы не переживайте, мы с вами обязательно встретимся. Наклонитесь как можно ниже ко мне. Не перебивай, слушай внимательно. У тебя в апреле этого года родилась дочка Любушка. Я твоя внучка, её дочь. У тебя куча внуков и правнуков. Моего старшего двенадцатилетнего сына зовут Григорий. Мы ещё встретимся, дедушка. До свиданье! Не надо, не плачь.

Свет медленно померк в моих глазах.