Лакей и я [The Footman and I - ru]

— Я не очень хорошо себя чувствую, мама, и не уверена, что смогу посетить прием в загородном доме Клейтона. — Фрэнсис драматическим жестом прижала ладонь ко лбу и прикрыла глаза, постаравшись изобразить нездоровье. Впрочем, она не обладала актерскими навыками, хоть иногда ей и удавалось произвести впечатление на мать, но явно не в этот раз.

— Чепуха! — решительно отрезала миссис Уинфилд. — Ты здорова как лошадь. Но даже если бы тебя свалила чума, я бы все равно приказала слугам отнести тебя в загородный дом Клейтона.

Фрэнсис хмуро покосилась на мать.

— Как бы я хотела там побывать! — мечтательно проговорила Абигайль, прижав тыльную сторону ладони ко лбу и томно вздохнув.

С актерскими навыками у младшей сестры явно было лучше, чем у старшей. Почему-то спектакли Абигайль казались куда правдоподобнее. Фрэнсис решила, что надо будет выяснить у сестры, как ей это удается.

— Тебе еще рано! — заявила мамаша.

— Да, к сожалению, — простонала Абигайль, всем своим видом показывая, как несчастна.

Фрэнсис взяла на заметку, что надо больше стонать.

— Но так хочется посетить загородный прием, где будет множество красивых джентльменов, — мечтательно промурлыкала Абигайль.

— Множество красивых джентльменов и сэр Реджинальд, — пробормотала Фрэнсис.

Миссис Уинфилд одарила старшую дочь красноречивым взглядом, явно указывавшим на то, что она не находит ее шутку забавной, и заявила, упрямо вскинув брови:

— Мне не дано понять, почему ты настроена против сэра Реджинальда!

Фрэнсис скрестила руки на груди и принялась нервно барабанить пальцами по локтям.

— Ну, во-первых, он вдвое меня старше.

— Сорок лет не старость! — отрезала баронесса.

— Во-вторых, он напыщен как индюк, — добавила Фрэнсис, не переставая барабанить пальцами по локтям.

Мамаша взмахнула платочком.

— Все титулованные джентльмены такие и твой отец не был исключением, когда я его встретила.

— Он мне совершенно неинтересен, — заявила Фрэнсис и почесала щеку.

— Не понимаю, откуда столь предвзятое отношеие.

Фрэнсис тяжело вздохнула.

— При нашей прошлой встрече он битый час рассказывал о том, как играл в вист четыре года назад, как проиграл… причем со всеми подробностями. Не скажу, что меня это особо впечатлило.

— По-моему, ты слишком привередлива. — Миссис Уортон возвела глаза к потолку с видом великомученицы и, прижав платочек к горлу, перешла на шепот, словно их кто-то мог подслушать: — Ты должна помнить, что при столь ничтожном приданом и — прости — отсутствии неземной красоты вряд ли правильно быть слишком уж привередливой.

— Спасибо за поддержку, мама, — ответила Фрэнсис, прилагая воистину героические усилия, чтобы не расхохотаться.